Chapter Text
Я раньше мало думала о смерти... Так, стоп, это не отсюда. И не так уж сильно подходит к моей ситуации, сложно о ней не думать, когда твои клиенты исключительно покойники. Тем не менее к смерти нельзя быть готовым, даже если ты всегда относился к ней спокойно и принимал тот факт, что все мы не вечны, и это когда-нибудь рано или поздно ждёт каждого. Таков естественный цикл.
Радует хоть то, если тут вообще можно хоть чему-то радоваться, что я только на долю секунды успела испугаться, а дальше, темнота. По отношению к смерти я всегда боялась именно мучений и боли. Для себя или для других людей, уже не столь принципиально.
Однако это были не самые первые мысли в моей голове, когда выныривая из сонной неги, чувствуя приятную расслабленность и легкую боль в мышцах, я не сразу поняла, что не так.
Сначала оставили в недоумении звуки, точнее их нехарактерность, а потом уже пришли и ощущения. Гудящий холодильник — есть, мягкость матраса — есть, тяжесть рядом со мной на кровати — нет, шебуршение и дыхание рядом — тоже нет, да и в целом чувство пустоты вокруг заставило проснуться, открыть глаза и впасть в ещё больший ступор.
Тусклый свет, плотные шторы, две двери, белые пустые стены, большая кровать, комод, рядом кресло с армией пингвинов, восседающей на нём и рядом на полу, про армию — не шутка, поблизости большая спортивная сумка.
Растерянность перешла в испуг, мысли бежали со скоростью света, пытаясь понять и найти для меня ответ, где, как и почему. Решила сохранить молчание, хоть я и четко ощущала, что нахожусь здесь одна, где бы это здесь ни было. Мало ли что — паранойя во мне всегда цвела буйным цветом, я же как-то оказалась в пустом незнакомом месте, без последних воспоминаний, своего телефона, адекватных мыслей, но с тихо зарождающейся паникой, которую я изо всех сил старалась подавить и реагировать только на то, что имело первостепенную важность.
Начала медленно и по возможности тихо сползать с кровати. Близость пола смутила не сильно — из всех остальных странностей это, пожалуй, было не самым важным. Правильные приоритеты, однако.
Вид из окна уверенности не прибавил: раннее утро, на улице светло, зелено и очень-очень незнакомо, а также слишком чуждо и ничего мне не говорит о нынешней ситуации. Точно могу сказать, что я где-то не там. Да-да, спасибо, Капитан Очевидность!
Дальнейшая разведка показала, что одна дверь ведет в небольшую гостиную, совмещённую с кухней. Мебели немного, вид слегка обжитой: у входной двери обувь, на вешалке одежда. Вторая дверь из спальни, по моим догадкам, явно вела в ванную, что казалось очень своевременным. Наличию душа и туалета не удивилась, а вот зеркало над раковиной преподнесло мне огромный такой сюрприз. В глазах начало темнеть, дыхания стало хватать все меньше и меньше, желудок скрутило, сползая на пол, я поняла, что как бы ни старалась, все равно проиграла борьбу с паникой, и мир померк.
* * *
Из ванной я вышла не скоро, пережив жуткий кризис и пройдя почти все стадии горя.
С отрицанием проблем не возникло, даже являясь заядлой любительницей фэнтези, в жизни не могла себе такого не то что представить, но и тем более подумать об этом. Фантазии — да! Это книга, способ отключиться от реальности, то, что в жизни никогда не произойдет — и точка! Если бы это было возможным, жанр не был бы таким популярным! Унылая, скучная жизнь наполнялась новыми мыслями, впечатлениями, радостью! Не произносим "это" слово вслух, помним про отрицание...
Это не правда, этого не может быть, так не бывает. Я сошла с ума! Я в коме или я умерла и это мой ад. Я, одна, в пустой квартире и лишь гудящий холодильник составляет мне компанию( без претензий к гудящим холодильникам). И тут, я понимаю: я реально умерла. Вот прям правда. Какого хрена?!
Гнев прошел почти незаметно, а затем пришли слёзы. Забившись в угол, я рыдала до икоты, оплакивая своих родных, свою жизнь, пытаясь понять, почему я и за что мне это. Торговаться было не с кем. Будучи скорее атеисткой, я все равно верила в какие-то большие силы, во Вселенную, понимала, что человек не может быть венцом эволюции. Но глубоко внутри знала: здесь уже ничего не исправить. Мольбы и просьбы адресовать некому, все было просто бессмысленным. Вселенная явно не ответит. Ситуация необратима.
Сколько я так пролежала в апатии на холодном полу? Не имею ни малейшего понятия. Боль затекших конечностей я практически не ощущала, чувствовала только холод внутри — и, возможно, снаружи. Я слишком онемела, чтобы что-то понимать. В голове было гулко и пусто. Внутри я по ощущениям была так же мертва, как и мое родное тело. Нынешнее же тело, не то что кричало, орало о своих потребностях. Желудок был болезненно пуст, мутная голова раскалывалась, во рту отвратительно пересохло. Организм подавал экстренные сигналы, что надо бы это все поскорее исправить. Скрюченная тушка поднялась с пола, слишком уж боль в желудке раздражала, попила воды из-под крана и на автомате доковыляла до кровати, а затем провалилась в то, что, возможно, только с натяжкой можно назвать сном.