Work Text:
— Это ужасная идея.
Стивен повторял это с небольшими вариациями на протяжении последних двух недель. Тони уже немного устал от этого.
— Почти на месте, — весело сказал он.
Стивен посмотрел на него:
— Это твоя вина.
— Это я уже понял.
— Не мог сказать им, что у нас уже есть планы? Желательно в другой стране?
— Я не думал, что ты будешь так против этой идеи. Кроме того, мы могли бы отменить поездку.
— О, нет, ни за что на свете. Только не после того, как уже согласились.
Стивен мог признать, что его родители слегка изменились за последние двадцать лет. Или, по крайней мере, изменились достаточно, чтобы он не стал сразу же вешать трубку, когда они позвонили. Но разве это обязывало его проводить с ним День благодарения?
— Это всего лишь несколько дней.
—Четыре дня.
— А теперь ты просто придираешься.
— Тони, четыре дня с моей семьёй — это четыре года в линейном масштабе времени. И почему ты так спокойно на это реагируешь?
— Один из нас всегда должен сохранять спокойствие. Если мы оба будем раздражены, считай, мы пропали. Кроме того… — Он убрал одну руку с руля, чтобы взять Стивена за руку и провести большим пальцем по его шрамам. — Если всё пройдет хорошо — хотя это маловероятно, я знаю, но не отчаивайся, — то в следующем году, в это же время, у нас будет ребёнок. И мне бы хотелось, чтобы он узнал свою семью.
Стивен покраснел.
— Никогда не думал, что ты такой сентиментальный, Тони. — В его голосе больше не было язвительности. — Хорошо. Попробуем пережить следующие четыре дня.
* * *
— Это оно?
Они подъезжали к старому дому Стивена, маленькому фермерскому дому, чьи размеры едва подходили для пяти человек, которые когда-то там жили. Это было единственное здание в радиусе мили. Стивен даже издалека мог учуять запах коров и лошадей.
— Да.
— Выглядит… — Тони пытался подобрать правильное слово, — мило. Очень… по-домашнему. По-деревенски.
— Тони, можешь не пытаться.
Машина родителей — такая же, какой он видел ее в последний раз, когда ему было восемнадцать, — стояла у крыльца и выглядела так, будто могла сломаться в любой момент.
— Припаркуйся за ней. Отца это позлит.
Тони припарковался рядом с машиной, видимо, просто чтобы позлить самого Стивена. Входная дверь уже была открыта. На пороге появилась невысокая седовласая женщина около шестидесяти лет, которая наблюдала за ними.
Стивен вздохнул:
— Давай покончим с этим.
Он поднялся по ступенькам к крыльцу так, будто шёл на собственные похороны. Когда он столкнулся лицом к лицу с матерью, ни один из них не знал, что делать. Наконец, Стивен произнес:
— Привет… мама.
И он не смог сдержать гримасы. Ему не хотелось начинать так, но он не смог придумать ничего лучше.
— Стивен. — Беверли отвечала с придыханием, словно она не могла поверить, что он стоит перед ней. — Я уже решила, что ты отменишь поездку в последнюю минуту.
«Тони не позволил бы мне». Вместо того чтобы озвучить это, он повернулся к Тони и протянул руку, подтолкнул его вперёд:
— Мама, это Тони Старк, мой муж.
Тони надел свою самую обаятельную улыбку и пожал руку Беверли:
— Приятно познакомиться, миссис Стрэндж.
Беверли явно не знала, что думать о Тони, но его руку она приняла с лёгкой улыбкой.
— Пожалуйста, дорогой, называй меня Бев.
Стивену понадобилось усилие, чтобы не закатить глаза.
— Ну что ж, почему бы вам не зайти внутрь? Твой отец в гостиной, Стивен. Можете оставить вещи в старой комнате Стивена, мальчики.
К сожалению, попасть в его спальню, минуя гостиную, не было никакой возможности. Собравшись с духом, Стивен последовал за матерью. Тони шёл рядом с ним. Как только они пересекли порог гостиной, Юджин Стрэндж заметил их и встал, оценивающе глядя на обоих.
Стивен кивнул в знак приветствия:
— Отец.
Получилось лишь немногим лучше того, как он приветствовал мать.
— Стивен.
Юджин походил на свою жену что возрастом, что скромной одеждой, только он был выше, а его волосы по цвету были ближе к серебристым вискам Стивена, чем к снежно-белой копне его жены.
— А ты, парень, должно быть, Старк.
«Мне сорок восемь».
— Это я.
— Хм. Думал, ты будешь выше.
Стивен не смог удержаться от смешка.
— Не позволяйте мне вас задерживать. Идите наверх, располагайтесь. Только не забудьте спуститься к ужину.
— Конечно, — сказал Стивен и почти бросился вверх по лестнице.
Тони неловко последовал за Стивеном, задержавшись, чтобы помахать хозяевам дома.
Они ответили тем же.
— Мы пережили первый контакт, — сказал Тони в комнате наверху, ставя на пол свой чемодан.
— Едва ли, — драматично произнес Стивен.
— Было не так уж и плохо.
— Только потому, что ты их не знаешь. — Стивен рухнул на кровать и зарылся лицом в подушку.
Встав на колени на кровати, Тони стал нежно массировать плечи Стивена.
— Эй. Все будет хорошо. Немного отдохнем, поужинаем, а затем ляжем спать. Ладно?
Секундное колебание — и тот кивнул:
— Ладно.
* * *
Ужин прошёл без эксцессов, хоть и в напряжённой атмосфере. Брат Стивена, Виктор, обещал приехать лишь завтра, так что за столом сидели вчетвером. Стивен рухнул в постель, как только представилась возможность.
— Это было утомительно.
— Это было не настолько плохо, — настаивал Тони. — На самом деле по сравнению с ужинами в моем семействе тут хоть было что-то вразумительное.
— Просто твоя семья ещё более ёбнутая, чем моя. Это не комплимент.
Выключивший свет Тони закатил глаза. Похоже, Стивен не спешил расстаться со своим плохим настроением. Время было применять продвинутые методы.
Тони забрался к Стивену на слишком маленькую кровать и натянул на них пахнущие нафталином покрывала. Не самое романтичное место, но он мог с этим работать. Он прижался подбородком к затылку мужа, обнял его за талию. Его губы коснулись шеи Стивена.
— Серьезно, Тони? — сказал Стивен, закатив глаза. — Не самый лучший момент.
— Ну, не знаю. По мне, довольно волнующе.
— Что тут волнующего? — Его голос притих, едва он вспомнил о родителях за стенкой.
Тони пожал плечами.
— Наверное, мне просто нравится идея совратить тебя в твоей старой спальне, пока мы должны вести себя тихо. — Он наклонился ближе к уху Стивена, шепча: — Я возбуждён, как подросток.
— В наши дни это редкость для тебя, дорогой.
— Кто-то здесь слишком умничает. — Тони коснулся пижамных штанов Стивена спереди. — Нужно срочно это исправить.
* * *
Стивен проснулся в гораздо лучшем настроении и даже улыбнулся матери, войдя на кухню:
— Доброе утро.
— Доброе утро, дорогой. — Бев передала ему чашку кофе. — Как спалось?
— Как в сказке, — ухмыльнулся он. — Где Тони?
— Он сказал твоему отцу, что посмотрит машину. Думаю, страдал от скуки в ожидании, когда ты проснёшься. Когда я спустилась, он уже маялся внизу.
— Да, мне следовало предупредить. У Тони много трудностей со сном.
Когда это вообще было можно назвать сном.
— А отец?
— Пасёт коров. Теперь, когда ты и твой брат живёте так далеко, это занимает у него больше времени, — покачала головой она.
— Могу взять на себя лошадей, если это поможет.
Ему было всё равно, какими делами по дому заняться, но лошади были одной из немногих вещей, по которым он действительно скучал в Небраске.
* * *
На самом деле, только по лошадям он и скучал.
Он доел яблоко, прежде чем выйти на улицу. У семьи осталось всего три лошади. «Должно быть, остальных продали. Или они умерли». Двоих из них он узнал, а третья была моложе, вряд ли старше десятка лет. Он подошел к самой старой лошади с тёплой улыбкой:
— Привет, Джинджер.
Лошадь, вероятно, не узнала его, но её вид заставил его наконец-то почувствовать себя дома.
— Как же ты постарела. Глядя на тебя, я тоже чувствую себя стариком.
Когда он закончил чистить и кормить лошадей, ему стало в тысячу раз лучше, чем накануне. «И хорошо», — подумал Стивен. Когда они займутся готовкой для Дня благодарения, ему придётся провести часы на кухне со всей семьёй.
На кухне он первым делом вымыл руки.
— Полагаю, нужно будет заехать в магазин за некоторыми ингредиентами. Готовить сядем около полудня. Из Тони чертовски плохой кулинар, так что он будет отвечать за клюквенный соус и фаршированные яйца. Даже интересно, как он сумеет их испортить… — Стивен на мгновение задумался. — Нет, пожалуй, яйца ему лучше не доверять.
— Похоже, ты все продумал.
Стивен замер, прежде чем обернуться.
— Виктор.
Они уставились друг на друга, а затем Виктор пересек кухню и крепко обнял его:
— Я рад тебя снова видеть.
— И я тебя, братишка, — ответил Стивен, хоть и без отчётливой радости.
— Не могу дождаться встречи с твоим… мужем, — улыбнулся Виктор.
Счастье-то какое.
* * *
— Что мне делать с яичными… внутренностями? — спросил Тони, с недоумением рассматривая варёное яйцо.
— Это часть начинки, дорогой, — ответил Стивен, не отрывая взгляда от кулинарной книги его матери. — Нам действительно стоит корпеть над ветчиной и индейкой? Ужин-то всего на пятерых.
— Остатки мясных блюд я и твой отец будем доедать вплоть до середины декабря. К тому же мне нужна ветчина для супа.
— И что потом делать с этими яйцами? — Тони, вооружившись ножом для масла, осторожно разрезал пополам неаккуратно очищенное яйцо.
— Тони, я всё для тебя записал.
Тут Тони заметил маленькую карточку, лежащую на столе.
— Нашёл. — На короткое время на кухне воцарилась тишина. — Знаешь, умение читать твой почерк — тот еще дар.
— Я тоже тебя люблю. — Стивен сделал вид, что не заметил неловкого выражения на лице его матери. — Начнём с индейки. Вряд ли мы управимся с ней до утра.
— Индейка так долго готовится? — поинтересовался Тони.
— Сложный рецепт.
— Теперь мне становится жалко Джарвиса. На наши праздники индейку всегда готовил он.
Бев взглянула на Тони:
— О, Джарвис был членом вашей семьи?
— Он был дворецким.
— …О.
— Ага. Он был семьёй, которой платишь не за то, чтобы та держалась подальше, а совсем наоборот.
Стивен рассмеялся. Бев бросила на него взгляд, но он продолжил смеяться.
— Похоже, он был славным человеком, — осторожно сказала Бев.
— Просто замечательным. Я всё пытаюсь уломать Стивена, что нам стоит нанять дворецкого в помощь, когда мы усыновим ребёнка, но он настаивает, что нам никто не нужен.
— Тони, мы прекрасно справимся сами…
— Прошу прощения? — перебила Бев, глядя на сына. — Усыновить?
Стивен встретил её взгляд:
— Тони и я планируем усыновление. Это проблема?
— Конечно нет, — улыбнулась Бев. — Я всегда хотела внуков. У твоего брата только дочь, но и та живет с матерью — ужасной женщиной. А после того, что случилось с Донной, да упокоит Господь её душу, я уже потеряла надежду на то, что у меня будут ещё внуки. — Она нежно сжала руку Стивена: — Не могу дождаться.
Стивен слабо улыбнулся. После минуты неловкого молчания Тони сказал:
— Это здорово. Вам стоит приехать к нам в следующем году.
Стивен бросил на него резкий взгляд, но Тони пожал плечами, отвернулся и набрал что-то на своем телефоне. Через мгновение Стивен получил сообщение: «Если сделать семейной традицией День благодарения, нам никогда не придётся их видеть на Рождество».
— Теперь я понимаю, почему тебя называют гением, — усмехнулся Стивен.
Прежде чем Тони успел ответить, они услышали, как открывается входная дверь.
— Мы купили мяса! — крикнул Виктор с порога.
Стивен вздохнул.
Юджин вошел на кухню первым, за ним последовал Виктор, оба с сумками из Walmart.
— Там настоящая война, — пожаловался Юджин, ставя свои сумки. — Думал, мне придется драться с какой-то старушенцией за эту индейку.
Бев проверила сумки и одобрительно кивнула.
— Сядь, Юджин, побереги спину. Виктор поможет Стивену приготовить индейку.
— Да, ма, — сказал Виктор с добродушной улыбкой.
Пока Стивен был занят готовкой, его брат коснулся плеча Тони:
— Эй, не мог бы ты поболтать со мной на улице минутку?
Тони взглянул на варёные яйца: он чувствовал, что им же будет лучше, если он на время оставит их в покое.
— Не вопрос. — Он направился за Виктором на крыльцо. — Всё в порядке?
Он не знал, чего ожидать. Правда, Стивен уже предупреждал, что нельзя давать его брату деньги.
«Он тот ещё паразит. Я вечно пересылал ему помощь, пока сам учился и расплачивался по студенческим кредитам. Не позволяй ему выманивать средства и у тебя».
Поэтому Тони не удивился, когда Виктор произнес:
— Слушай, год выдался паршивый. Моя девушка ушла от меня. Она сказала, что не даст мне видеть ребенка, если не начну выплачивать алименты. Но я потерял работу и не смог найти новую…
— Ни слова больше, — перебил Тони и достал телефон. — Сколько нужно?
Виктор колебался.
— Много.
— Конкретнее?
— …Двадцать пять тысяч. — Он пожал плечами, опустил глаза. — У меня ведь ещё счета и аренда, я взял кредит, чтобы все оплатить…
Тони поднял руку, чтобы снова прервать его:
— Дам тебе тридцать.
Стивен поймёт. Что плохого, если Тони даст немного денег его семье?
Виктор, явно шокированный тем, что тот так быстро сдался, улыбнулся.
— Серьёзно? Чувак, спасибо! — Он еле пришёл в себя от радости. — Клянусь, я верну тебе деньги, мне просто нужно разобраться с делами…
— Не надо. Считай это заблаговременным подарком на Рождество. Номер твоего счета?
* * *
— Нет, Тони, — сказал Стивен, забирая у мужа бутылку с приправами, — паприку добавляют только в конце, а если ты положишь её в начинку — испортишь весь гарнир.
— Так, может, вообще не брать паприку?
— Ты когда-нибудь видел фаршированные яйца без паприки? Это же дикость. Тони, просто… просто подойди сюда. Тони, что ты делаешь? Положи майонез!
— Здесь написано: «Две ложки майонеза», — указал Тони.
— Ложка слишком большая. Возьми нормальную. Нет, знаешь что, просто займись клюквенным соусом.
— Я вполне могу закончить, — настаивал Тони, не выпуская из рук миску с яичными желтками и приправами.
— Нет, Тони, вряд ли. — Стивен смог отобрать у мужа миску и вместо этого передал ему пакет с клюквой. — Вот, смешать воду, сахар, ягоды и всё подогреть. Это ты просто не сможешь испортить. — Едва убедив Тони заняться соусом, Стивен вздохнул: — Виктор, перемешай гарнир, мне нужно полить индейку, у меня рук не хватает.
— Сейчас.
Стивен замер, посмотрел на брата с прищуром.
— Что?
Виктор уставился на него, в замешательстве заозиравшись.
— …Сейчас?
— Хорошо. — Прежде чем кивнуть, Стивен бросил на него подозрительный взгляд.
Все были заняты своим делом: Стивен и Бев готовили за столом, а Тони и Виктор — у стойки. Некоторое время Стивен наблюдал за своим младшим братом: тот работал с удовольствием, даже насвистывал под нос, и это было огромной переменой по сравнению с угрюмым, ленивым человеком, которого Стивен всегда знал. Всего несколько часов назад он вёл себя совсем иначе. Понадобилось немного времени, чтобы догадаться о причинах.
— Тони, — негромко начал Стивен, — ты дал моему брату деньги?
Вся кухня замерла. Тони, похоже, не заметил всеобщего напряжения: просто пожал плечами и продолжил помешивать соус.
— Не так уж и много. Всего лишь тридцать тысяч.
Стивен уставился на него:
— …Тони, ты правда не понимаешь, сколько это денег?
Тони оглянулся — Стивен и Бев в упор смотрели на него.
— А что? Ты сказал мне не давать ему много, и я тебя услышал.
— Ты правда ему так сказал? — спросил Виктор.
Стивен встретил обвиняющие взгляды родственников.
— Да, я так сказал, потому что я знаю, каков ты, Виктор.
— Что это значит, черт возьми? — возмутился Виктор, вставая.
Стивен закатил глаза:
— Это значит, что ты вечно пасуешь перед трудностями. Ты не можешь найти стабильную работу, ведь тебе больше нравится получать что-то просто так, без усилий. Повезло, что ты ещё не выжал всё из наших родителей.
— О, то есть я не умею зарабатывать сам?
— Именно это я и говорю.
— Правда, Стивен? Сколько стоит то, что на тебе надето?
— Что?
— Если учесть, что ты носишь сшитую на заказ одежду, кожаную обувь и дорогие часы, сколько стоит то, что на тебе? И сколько из этого ты заработал, будучи хвалёной секс-игрушкой?
— Виктор! — шокированно вскричала Бев.
Стивен проигнорировал её, с гневом уставившись на брата.
— Я больше не могу оперировать из-за травмы моих рук. Но я всё равно прошёл годы учёбы, получил медицинскую степень и докторскую, и работал в больнице, пока ты счастливо паразитировал на всех, кто тебе это позволял.
— Да, ты всё это сделал. А потом, когда всё пошло не так, как ты хотел, ты решил: «Что ж, с меня хватит!», и вышел за мужчину на десять лет старше тебя ради его денег!
Взбешённый, Стивен закричал:
— Как будто кто-нибудь согласится выйти за тебя!
— О, умоляю! Ты всегда думал, что лучше нас, просто стал хуже это скрывать!
— А кто говорит, что я это скрываю?
— Так теперь ты это признаёшь! Клянусь Богом, с тех пор как Донна умерла, ты только и ждал возможности свалить от нас…
— Не смей упоминать Донну!
— Виктор! — громко сказал возникший в дверях Юджин. — Ты заходишь слишком далеко.
— Виктор, — сказала Бев, крепко держась за стол, — ты не должен так разговаривать со своим братом.
Виктор развернулся, чтобы посмотреть на неё:
— Правда, мама? Это ведь ты выгнала его! Я всё слышал! В то время ты была бы не так счастлива иметь зятя!
— Вы выгнали его? — спросил Тони, впервые заговорив с начала ссоры. — Я думал, он просто уехал учиться, а потом вы потеряли связь… — Он смотрел на Бев, держась спиной к остальным.
— Я действительно уехал учиться, — резко сказал Стивен. — Просто так совпало, что примерно в то же время мои родители узнали, что я не стопроцентный натурал.
Неловкая тишина повисла в кухне. Вся семья Стрэндж выглядела пристыженной — кроме Стивена, тот выглядел лишь сердитым и опечаленным.
— Мне жаль, — тихо сказал Тони. — Мне жаль, Стивен. Если бы я знал, я бы никогда не настоял на приезде сюда.
Все молчали. Юджин, Бев и Виктор смотрели в пол и выглядели пристыженными.
Стивен заговорил первым:
— Тони, думаю, нам стоит уехать.
Тони кивнул и отправился наверх, чтобы собрать их вещи. Его попытался остановить Виктор:
— Слушай, я верну тебе деньги…
— Оставь себе. — И Тони ушёл, не сказав больше ни слова.
— Стивен, нет, — дрожащим голосом взмолилась Бев, когда поняла, что всё это действительно происходит. — Пожалуйста, я хочу, чтобы ты остался…
— Так почему ты сказала мне уезжать? — спросил Стивен.
В его голосе уже даже не было обиды. Просто усталость.
— Мне жаль, — сказала Бев, — но если бы я знала, что ты не вернёшься, я бы никогда…
— Тогда, может быть, тебе не следовало говорить мне не возвращаться. — На пути к выходу он остановился: — И просто для справки: возвращаться я и не думал. Это Тони хотел.
Он не стал хлопать дверью.
* * *
Они заселились в ближайшую гостиницу, в которую Тони смог зайти без видимого недовольства. Через час тот отключил телефон, чтобы не слышать звонки каждые несколько минут.
Стивен сидел в ванне, откинувшись на Тони. Тони играл с его волосами.
— Ты в порядке?
Стивен, помедлив, кивнул.
— В порядке.
— Почему ты никогда не рассказывал мне о родителях?
Стивен хотел пожать плечами, но сдался и вместо этого просто погрузился глубже в воду.
— Это в прошлом. Я хотел, чтобы всё осталось в прошлом.
Тони прижался губами к его затылку, слыша, как Стивен вздыхает от удовольствия.
— Извини, что разворошил всё это.
— Не твоя вина.
— На самом деле, моя. — Прежде чем Стивен успел возразить, Тони добавил: — Знаешь, думаю, если мы успеем на ранний рейс, то сможем попасть в Нью-Йорк на парад Macy’s.
— О, замечательно, стоять на холоде часами и смотреть, как мимо проплывают гигантские воздушные шары.
— Вот видишь, ты снова стал собой, — подметил Тони.
Стивен засмеялся.
— Спасибо, Тони.
Тони обнял его крепче.
— Всегда к твоим услугам.
* * *
— Как ты узнал, что я здесь?
Стивен и Юджин стояли под унылым серым небом и смотрели на надгробие.
— Догадался, когда твой парень сказал, что тебя нет в гостинице.
— Я не хотел уезжать, не навестив её.
— Конечно нет. Она была единственной причиной, по которой ты когда-либо возвращался домой.
Стивен удивленно посмотрел на отца.
— А ты думал, я не знал? Я тоже прихожу сюда. Каждый год в один и тот же день. — Юджин пожал плечами. — Дважды в год, когда расчувствуюсь.
Стивен снова перевёл взгляд на могилу сестры.
— Я не вернусь. Мы с Тони возьмём машину до аэропорта и улетим обратно в Нью-Йорк.
Отец кивнул в знак понимания.
— Знаешь, твоя мама всё твердила, что ты вернешься. Летом или на День благодарения, на твой день рождения, на Рождество, на день рождения Виктора, на день памяти Донны. Ей было больно осознавать, что ты действительно ушёл.
— Так почему же она сказала мне уйти? — воскликнул Стивен. — Если ей было так чертовски плохо, зачем она вообще это сделала?
— Она думала, ты не отважишься. Говорила: вот-вот ты поймёшь, что она права, и вернёшься домой.
— Она ошибалась. В этом. И во мне.
— Я знаю. И она тоже это поняла спустя какое-то время.
— Почему вам понадобилось двадцать лет, чтобы позвонить? Почему так много?
Юджин не смотрел на него. Не мог.
— Она была гордой, как и ты. Не хотела первой признавать ошибку. Затем ей стало стыдно. Ей казалось, она не сможет посмотреть тебе в глаза. Поэтому звонить пришлось мне. Я не мог больше терпеть разлад в нашей семье.
— Правда? А я подумал, что наоборот.
— Правда. Вот почему я ждал, пока на звонок не ответит твой парень, чтобы пригласить вас. Что? — спросил он, когда Стивен удивлённо посмотрел на него. — Думаешь, я не знаю, какой ты из себя? Сам бы ты не согласился.
Стивен горько усмехнулся:
— Ну, ты сам себе выстрелил в ногу, не так ли?
— Да уж, не напоминай, — Юджин встретился с ним взглядом. — Ты точно не хочешь остаться на ужин и уехать попозже?
Стивен задумался, а затем покачал головой:
— Я не могу. Не могу и не хочу. Может быть, мы попробуем снова в следующем году. Но сейчас я устал. И просто хочу провести остаток дня с мужем.
Юджин кивнул:
— Понял. Оставлю тебя, чтобы попрощаться с ней.
И Юджин ушёл, оставив Стивена наедине с Донной. Стивен ещё долго стоял у надгробия, после чего направился обратно к Тони.