Work Text:
— Ты не мог быть… Дин, ну же, — тихо, с придыханием произносит Сэм, и сжимает руку на бедре Дина, почти до синяков. Это слегка отвлекает от пульсирующей боли в плече, но Дин все равно отстраняется, низко склонив голову и поджав губы.
— Дин, — еще тише повторяет Сэм, и тот бросает на него злобный взгляд. Вот чего Дин терпеть не может, так это жалость Сэма, но тот лишь упрямо смотрит в глаза, скользит пальцем под повязку на плече.
— Блин, ладно, только… не тормози, — сдается Дин, и, закрыв глаза, делает глубокий вдох.
Сэм уверенно снимает повязку, проверяет швы, и Дин сжимает зубы — острая боль пронзает плечо, на загривке выступают капельки пота. Когда Сэм, закончив, пробегает пальцами по затылку, Дин открывает глаза.
— Все? — жестко спрашивает он, чтобы скрыть облегчение, но Сэм не отвечает, скользит ладонью вниз по его руке Дина и осторожно поднимает ее. Дин непонимающе хмурится, но тут еще одна вспышка боли прокатывается от позвоночника к кончиками пальцев, охватывает все тело, заставляя сжать кулаки.
— Твою ж налево, Сэм!
— Прости, — как-то неискренне произносит тот и перегибается через край ванны, чтобы включить воду. — Давай, я помогу.
Дин какое-то мгновение смотрит на него, стараясь понять, что Сэм имел в виду, и вдруг кривится.
— Да ну тебя.
Сэм вздыхает.
— Боже, Дин, только не надо делать из этого проблему, — и снимает рубашку. — Просто хоть раз… — запинается он, наклонившись, чтобы разуться, — заткнись и дай мне позаботиться о тебе.
Дин уже открывает рот, чтобы запротестовать, но все слова вылетают из головы, когда Сэм тянется к его джинсам и быстрыми аккуратными движениями расстегивает пуговицу и молнию. Дин делает резкий вдох, почувствовав, как воздух холодит голые бедра.
— Это что, прелюдия? — интересуется он, наблюдая, как Сэм опускается на колени и начинает его разувать. Предполагалось, что это шутка, но Сэм поднимает на него темный, полный решимости взгляд, и у Дина сразу отпадает охота улыбаться. Он не произносит ни звука, пока Сэм снимает остальную одежду. В груди разливается какое-то теплое чувство, отчего Дину становится до странного неловко.
Сэм поднимается на ноги, и Дин чувствует себя гораздо ниже, чем обычно. Взяв Дина за руку, Сэм тянет его в сторону ванны.
— Осторожней, — бормочет он, и Дину очень хочется нагрубить, чтобы с ним перестали обращаться, как с инвалидом.
Но вместо этого он лишь кидает на Сэма раздраженный взгляд и становится под душ.
— Сэм, я вообще-то в курсе, как ходить, научился этому задолго до тебя.
Губы Сэма трогает улыбка. Он забирается в ванну, и Дин непроизвольно вздрагивает, когда струи воды ударяют по больному плечу. Сэм тут же обнимает его за пояс и меняется с ним местами, извиняясь. Звук его голоса отражается от плитки на стенах. Дин что-то бормочет в ответ, ладонью здоровой руки вытирая мокрое лицо.
— Что, и голову мне помоешь, а?
Сэм смотрит на него сверху вниз. Он еще не вымок, за исключением кончиков волос, которые тут же начали завиваться от влаги.
— Отличная мысль, — легко улыбается он.
Дин закатывает глаза и пытается отодвинуться подальше, чтобы сделать обстановку менее интимной. Рядом с большим, крепким телом Сэма он чувствует себя то открыто-беззащитным, то наоборот, целым и уверенным в себе, как никогда.
— Это так по-гейски.
Сэм недоуменно моргает, а затем взрывается смехом. Сверкая ямочками на щеках, он пожимает плечами:
— Ну уж не больше, чем твой член в моей заднице.
Дин морщит нос и несильно пихает Сэма в грудь.
— Повернись, — просит Сэм. Дин сперва думает воспротивиться, но все же слушается. Откинув голову, он подставляет шею и здоровое плечо льющейся воде, но тут Сэм обнимает ладонями его бедра и тянет назад.
— Эй! — возмущается Дин, почувствовав, как к пояснице прижимается крепнущий член. Сэм хмыкает и скользит рукой по животу, лениво перебирает пальцами дорожку волос под пупком, и Дин не может сдержать тихий стон. Он откидывается Сэму на грудь и расслабляется.
— Хорошо, — тихо говорит Сэм, задевая губами ухо Дина, и, прижавшись к мочке губами, опускает руку на животе ниже.
Прикосновение теплое, знакомое, и Дин растворяется в нем, рвано выдыхает от каждого неторопливого движения. Сэм слизывает бегущую по шее Дина воду, ласкает, точно зная, как надо правильно довести его до грани, не давая при этом окончательно сорваться. Он резко двигает рукой вниз, затем вверх, выкручивая кисть, и у Дина на ногах поджимаются пальцы. Он полностью опирается на Сэма, вода успокаивающе бьет по груди. Плечо все еще ноет, но как-то отдаленно, боль приглушается острым удовольствием.
— Да, давай, — шепчет Сэм, сжимает кулак, и Дин разбивается, рассыпается на части, а Сэм обнимает его, словно вторая кожа. Сохраняет его невредимым.
Конец.