Archive of Our Own

“Что же делать?”

В голове Чжоу нет ни одной мысли. Было ли пойти в бар плохой идеей? Нет, если бы это не было ещё и борделем. Кто же знал, что рекомендации Розеля включают в себя и физическое удовольствие. Хотя что взять с интисца.

Он пил коктейли в незаметном углу, рассматривал посетителей и сотрудников. Свечи, что горели у стен, не освещали весь зал, оставляя очень много темных пятен. Однако это не мешало видеть приклеенные друг другу силуэты, что издавали много неприличных звуков. Даже со всей своей божественностью, Чжоу не может не сдержать лицо способностями, чтобы полностью не покраснеть. 

“Как они могут это делать на людях?”

Чжоу уставился в свой бокал, пытаясь думать о чем-то другом. Пузырьки медленно лопались, коктейль терял вкус с каждым глотком. Что-то осталось на донышке и, посчитав, что теперь можно вернуться обратно над Серый Туман, Чжоу с решимостью поднял взгляд. Люди все также предавались удовольствию, и казалось даже, что их стало еще больше.

Пробираться через такую толкучку было сложно, но окольными путями он проходил по краю комнаты. Пока кто-то не взял его за запястье.

- Красавчик, не хочешь с нами поразвлекаться?

К нему подошли два грузных мужика и зажали возле колоны, закрыв путь на выход. От них так и воняло сильным перегаром и потом. Чжоу не мог не нахмуриться и прикрыть нос свободной рукой. Его терпение опасно приближалось к нижнему пределу.

На самом деле, Минчжуй выглядел сейчас как обычный лоенский джентльмен. Его имя Клейн Моретти, простой профессор истории в Университете Баклунда. И чтобы не давать слухов, - даже если он в другой стране, - он смешал это с его оригинальными чертами. Возможно, это придало ему какое-то экзотическое очарование, все таки черты древних эльфов оставались только в Баяме. 

Приготовившись использовать немного Глупости на этих мужланов через основное тело, что-то внутри него резко дернулось и он не стал применять способности.

- Прости, что заставил ждать.

Сзади Чжоу кто-то подошел, приобнял за талию и ловко освободил его руку из захвата. Теперь к его спине прижимался достаточно мускулистый торс. Он не знал что хуже, но пока принимал помощь.

- Какого черта?! - двое мужчин нахмурились и один поднял руку, чтобы вновь схватить Чжоу, а другой - незнакомца. - Отойди по добру, или вылетишь отсюда…

Чжоу не знал, что происходило у него за спиной, но ни один из мужиков не смог добраться до цели, остолбенев. Он видел в их глазах страх, отчего весь их запал пропал. Они что-то невнятно пробурчали, что походило на извинения, быстро шмыгнули в толпу и там затерялись.  

Когда эти двое ушли, Минчжуй думал, что теперь ему придется отбиваться от третьего незнакомца. Не успел он что-то сказать и повернуться, как его отпустили. 

“Ох…”

Перед ним стоял мужчина, чуть выше его, в узких штанах и широкой рубашке, что была почти полностью распахнута, откуда виднелись рельефные мускулы. Минчжуй ревностно взглянул на них. Он мог повторить мускулы со способностями, но его настоящее тело все еще было худым и… не твердым. Он с горестью вспоминал все те вкусняшки, что ему жертвовали или приносили, отчего, казалось, большая часть его духовных червей стала поупитаннее. 

Лицо незнакомца было таким же сногсшибательным, как и тело. Смущенная улыбка украшала его, а зеленые глаза сверкали любопытством. Вся его горячая красота сочеталась невозможным образом с детской невинностью. 

- Прошу прощения, - мужчина чуть склонил голову и сделал шаг назад, создавая комфортную дистанцию, будто это не Интиский бордель. - Я подумал, что вам нужна была помощь.

- Все хорошо, - сам Чжоу оценил этот жест, также как и голос. Был ли мужчина перед ним бардом? Он бы скорее всего пел серенады под балконами красавиц.

- Не хотите попробовать новый коктейль от бармена?

- …хорошо, - он хотел уйти, но это потому что у него не было хорошей компании. А раз она появилась, то и уходить смысла нет. Возможно, если не смотреть по сторонам, на другие столики, то место и вправду неплохое, как и говорил Розель. 

Они прошли мимо барной стойки, где его незнакомец окликнул работника и показал два пальца, на что получил кивок. Было ли это популярным заказом, Чжоу не стал задумываться. Его вели дальше, в темный угол, еще более неприметный, чем его прошлый, загороженный слегка парой горшков с кустами. Казалось, это походило на отдельную комнату, если бы не шум в общем зале. 

В любом случае, Минчжуй критично обвел взглядом столик и диван вокруг него, и удовлетворенно кивнул на качество. Он рядом услышал смешок, прикрытый кашлем. Его незнакомец прикрывал рукой рот, будто ничего не случилось, но по глазам было видно, как тот смеялся. Чжоу нахмурил брови и отвернулся, идя к дивану. И тут не от чего смущаться, - он надеялся, что у него нет видимого покраснения. 

- Как мне к вам обращаться? - первый вопрос от мужчины, когда он сел напротив Чжоу и облокотился о стол. - Меня зовут Леонард.

- Клейн, - сам Чжоу в голове сетовал, что все таки не создал для этого похода новую личность. Он надеялся, что для мужчины перед ним это очередной поиск партнера на одну ночь и он откажется, когда поймет, что здесь нечего ловить. 

Чжоу планировал только хорошо провести время за выпивкой и пустой болтовней в последние дни перед началом апокалипсиса. Однако же его верные собутыльники занимались делами Церкви или проводили время с дочкой. Розель кинул ему этот адрес, как бы извиняясь, не то, чтобы Минчжуй его винил. Он знал, как его друг дорожил семьей, поэтому не стал упрекать, только забрал обещание, что они выпьют после войны, на что получил улыбку и кивок.

Они знали, что даже со всей подготовкой защитить Землю от Внешних Богов будет трудно. И без жертв не обойтись. Однако надежда умирает последней.

Минчжуй опять поймал себя на мысли, что думает о предстоящей битве, хоть и хотел следующую неделю отпустить все и прожить ее как простой человек. Он вернул фокус на мужчину перед ним, встретившись с пристальным взглядом. Ему стало неловко, что витал в облаках, когда перед ним сидел собеседник.

- Вас что-то тревожит? - Леонард начал их разговор с того, о чем Чжоу совершенно не хотелось говорить. Была ли у этого человека способность понимать настроение других? После стольких лет бытия Богом, он охладел к этому, не говоря уже о том, что его пути сосредоточены на обмане и сокрытии эмоций. 

- Ничего серьезного, - Чжоу легко отмахнулся, сменяя тему своими расспросами. - Я вижу, вы тут постоянный клиент?

- Почему вы так подумали? - сказал он любопытным тоном. - Я здесь впервые.

- Что?.. - Чжоу совсем не ожидал такого ответа. - Вы так быстро прогнали тех людей и еще знакомы с барменом, нет?

- Совсем нет, - у Леонард усмехнулся, а глаза заискрились смешинками, пока он смотрел на него. - Просто стоит держаться уверенно и знать некоторые приемы. По вам, например, видно, что вы никогда не проводили время в такого рода заведениях.

На лице Чжоу ничего не показал. Он поправил челку, отвел глаза, видя приближающегося бармена с двумя коктейлями. В уме же крутилось: “Растерял ли я хватку играть Безликого?”. 

- Я не частый гость для… - он оглядел зал через кусты и видел как сношаются на некоторых столах и диванах. В секундах тишины разговора были явно слышны стоны и крики этого безобразия. - …физического удовольствия. Больше предпочитаю небольшую компанию, чтобы выпить что-нибудь покрепче.

К их столику как раз подошел работник и оставил два бокала. Чжоу поднес его ближе и уже почувствовал насыщенный фруктовый аромат с мятными нотками. Сделав один глоток, он был приятно удивлен впечатляющим вкусом: сладость от фруктов, совсем немного горечи от алкоголя и оставшееся особенное послевкусие, которое он еще не мог понять.

- Вы пришли в лучший бордель всей столицы, чтобы выпить?.. - Леонард был, кажется, слишком удивлен, чтобы поверить, и после секундной заминки засмеялся. 

Чжоу мог сказать, что у его собеседника очень яркий смех, тот совсем не сдерживался в выражениях. Правильные и иногда резкие черты его красивого лица сглаживались от всех проявляемых чувств и эмоций. Так он выглядел милым и невинным. Его взгляд опустился чуть ниже, где распахнутая рубашка давала вид на впечатляющий торс.

“И как он может совмещать в себе похоть и невинность?”  

- Почему бы и нет? - Чжоу сделал еще один глоток коктейля. Он ему слишком понравился. - Здесь вкусные напитки.

Леонард тоже попробовал и кивнул на его аргумент.

- Это и вправду неплохо, - он крутил напиток в бокале, но не сводил взгляда с собеседника. - Ха-ха-ха.

Приподнятая бровь в немом вопросе, кажется, только больше рассмешила, но он не стал более смущать и махнул рукой.

- Так… чем вы занимаетесь? - он продолжил нить разговора. - Конечно, если это не секрет.

- …Я обучаю людей истории, - Чжоу ответил после продолжительной паузы, взвешивая за и против. Смущаясь рассказать что-либо еще, он перевел вопрос на другого. - А вы?

- Я офицер в полиции.

Было ли на его лице что-то не то, чтобы его собеседник всегда ему улыбался.

- Поэтому вы меня спасли? - Чжоу мог похлопать профессиональным привычкам.

- Отчасти, - Леонард оглядел всего его, подмигнув в конце, - и потому что вы мне очень понравились.

Чжоу отвел взгляд, не комментируя такой очевидный флирт. Он не заметил, как его щеки слегка покраснели, а глаза засверкали. 

- Чем же я мог понравиться, - он сделал пару глотков напитка, прикрывая так половину лица. - Я очень даже обычный. 

- У вас особая аура.

- Особая аура, - Чжоу повторил, кинув странный взгляд.

“Почему он звучит как гей…”, - он не мог не вздохнуть, но тут вспомнил, что этот мужчина скорее всего хочет и поразвлечься.

- А вы не считаете себя особенным? - Леонард смотрел прямо, его зеленые глаза будто слегка сверкали в пламени ближайшей свечи. 

- Думаю, что нет, - Чжоу допил бокал и пристально смотрел на него, будто он так наполнился бы. - Могут ли принести еще этого напитка?

Леонард кивнул и поднял руку. Через минуту им принесли еще два бокала. Один Чжоу взял себе, пока другой стоял рядом с Леонардом, но он не закончил еще прошлый.

- Это сильный коктейль, - он не мог не напомнить, на что получил недоуменный взгляд. - Вы пьете его как воду.

- Это простой алкоголь, - Чжоу не мог не усмехнуться.

“На меня действуют только выдержанные настойки Лилит, - он вспомнил пьянки, устраиваемые с другими Богами. - И даже если переберу, то меня только вырубит”.

***

Леонард скучал в очередном борделе. Вот уже как пару дней он смог тайно пробраться на Землю с помощью ритуала призыва. Он ответил от скуки, не ожидая от этой поездки перед Концом Света ничего интересного.

В итоге, даже сам мир казался интереснее, чем ее жители. С ними он был более чем знаком на жертвоприношениях, где из-за одного его существования те погибали, не успев дать ему хоть немного насладиться. Должно ли это быть смешно, что у него, Бога Желаний и Разврата, совсем не было полноценного действа. Даже в запечатанной форме на тысячах замках люди слишком боялись его. Было ли это из-за божественности или еще чего?

Впрочем, он кое-кого нашел.

Мужчина был зажат двумя другими, но в глазах не было и толики страха. И тогда, на секунду, одухотворенность тронула Леонарда, и желание, его собственное, сладко шептало, уговаривая, подойти к нему. Что он и сделал. Мужчина в его объятиях, кажется, слегка напрягся от близости, но не стал срывать их постановку. 

Когда двое амбалов ушли, напуганные им, он сосредоточился на человеке перед ним. Честно, отпускать того из рук совсем не хотелось, но чтобы привлечь внимание приходилось идти на такие жертвы. 

Он отошел и собеседник согласился с ним выпить коктейль. Обычное приглашение в Интисе, чтобы провести ночь. Вот только его партнер был совершенно несведущ в такого рода намеках. Леонард был слегка разочарован. Слегка, потому что разговор с Клейном, как тот назвался, все еще шел. 

Язык развязывался от амброзии, как называют тут здешний особый коктейль. Говорили, что он от одного бокала вырубались гиганты, а от двух пьянели и Боги. Леонард мог бы поспорить с последним. Клейн перед ним пил уже третий бокал, что подавали ему, и на пути к заказу четвертого.

- Вам точно стоит остановиться, - Леонард взялся за поднимающуюся руку Клейна, что хотел подозвать официанта. - Это особый алкоголь.

- Ты же сам позвал меня выпить, - на Леонард кинули хмурый и обиженный взгляд, и что-то ухнуло в его сердце. - А теперь прогоняешь?

- Что-... Совсем нет!

- Тогда, - Клейн вызволил руку из плена и как раз встретился взглядом с официантом. - Повторите мне!

Официант неуверенно посмотрел на Леонарда, который все еще отходил от неожиданных выражений лица Клейна и как в груди что-то грохотало. Он махнул рукой и официант с облегченным кивком отправился обратно к стойке. 

Леонард украдкой наблюдал за Клейном, который смотрел в пустой бокал и кусал трубочку. Его взгляд ненароком упал на чуть приоткрытые розовые губы, но он быстро отвел его. Так он встретился с чужим взглядом, которые, кажется, все время наблюдали за ним. Неведомое чувство, что его поймали за чем-то запрещенным, овладело им. Его собственное незамеченное желание проходило через грудь, наполняло легкие и оседало где-то внизу. 

Официант поставил очередной бокал с напитком перед Клейном, который отвлекся, что дало Леонарду собраться с мыслями. Ему хотелось. Очень хотелось. 

Он положил руку на стол, где уже лежала Клейна, совсем рядом. Маленькими движениями он подбирался ближе, пока между их пальцами не оставалось всего пара миллиметров. Еще секунда и его указательный палец соприкасался с чужим мизинцем. Он сразу же бросил взгляд на Клейна, что оставил полупустой бокал на столе. Его глаза сначала посмотрели на их руки, а после и на Леонарда, который пытался увидеть что-то в выражении лица другого. Что-то, что ему бы сказало нет.

Но ничего.

Он продолжил свой путь, соприкасаясь все больше. Вскоре он взял в руку его пальцы и поднес их медленно к губам. Он целовал каждый кончик, попутно заглядывая в затуманенные глаза, что наблюдали за каждым его действием. Чуть ниже, щеки приобретали все более насыщенный красный оттенок. 

Леонард, пересаживаясь по дивану, стал медленно приближаться к Клейну. Они все еще были сцеплены руками, и он будто подтягивал к себе все ближе и ближе. Пока их плечи не нашли друг друга, пока они не коснулись коленями. 

Клейн отвернулся и выбрался из хватки. Леонард наполнился неуверенностью, его рука, что тянулась к другому, замерла.

- Ты… - в нем горело желание, но под взглядом робких карих глаз он не мог идти дальше. - Тебе не нравится?..

Было видно, как Клейн сидел напряженно. Его руки мяли ткань брюк и Леонард…

Он вздохнул и убрал протянутую руку, взъерошив волосы. 

- Прости, - он потянулся за своим бокалом с другой стороны стола. - Хоть ты и сказал, что не хочешь, но я… 

Когда он вновь хотел взглянуть на другого, он не ожидал увидеть лицо Клейна так близко. Смазанное касание попало на губы. Его сердце, как бешенное, стучало в груди и вот-вот взорвется. Он чувствовал теплоту на своих щеках, а тело замерло. Его взгляд был сосредоточен на Клейне, который пуще прежнего покраснел.

- Я имею в виду… - он не отвернулся, но не смел снова взглянуть. - Я не пробовал… 

Леонард не смог себя сдержать и дослушать, как придвинулся ближе к Клейну и поцеловал. Его губы были мягкими и сладкими, будто прикоснуться к зефиру. Трепыхающиеся ресницы щекотал его щеки и будто само сердце. Будто саму его суть. 

- Не был с мужчиной? - спросил он, когда прервал поцелуй, но все еще соприкасались лбами и он видел затуманенный взгляд карих глаз. - Все хорошо… Я научу.

Он продолжил поцелуй. Легкий, просто губы к губам. Одна его рука лежала на шее, а другая на бедре, но обе пытались притянуть тело к себе. 

- Ну.. мм-... - Клейн пытался что-то сказать между поцелуями. - Это как бы… в общем.

- В общем?.. - скорчил ли Леонард настолько лицо, что другой неловко усмехнулся, заливаясь румянцем. Они сидели еще немного, пока Клейн не начал ерзать, и сам он отмер. - Ты точно хочешь… Эм, со мной?

Как странно для него ощущать, что он ставит чьи-то чувства выше своих желаний. Будто он не Бог, будто он вернулся к тому, как был…

- Разве это не очевидно? - была ли атакой ответная реакция Клейна на смущение. Казалось, его щеки уже не могут быть краснее. - Мы же уже…

“О Боги этой планеты! Меня до битвы уже лишит жизни простой человек”, - Леонарду оставалось ничего, кроме как молиться, чтобы его сердце не взорвалось от милых выражений лиц Клейна. 

***

Леонард его с легкостью поднял и понес на второй этаж, пока Минчжуй немного проветрил голову. Это получалось плохо, когда его продолжали целовать в шею и плечи, а низ так приятно терся о чужое тело. Хотелось больше стимуляций, больше удовольствия. Казалось, что он простой человек, поддающийся разврату, божественность совсем не препятствовала бушующим эмоциям и ощущениям. Наоборот, будто это только сильнее его подогревало. Или первый раз всегда такой волнующий?

Прошла ли пара минут, а может вечность, Чжоу этого не осознавал. Что-то скрипнуло за ним, и вот его укладывают на поверхность. Шелковые простыни приятно охлаждали его разгоряченный разум. Перед ним стоял краснощекий Леонард, пытающийся справиться с пуговицами на своей рубашке. Нехватка терпения читалась в его глазах и, не жалея одежду, он просто разрывает ее. Пуговицы летят, звонко падают на пол и куда-то закатываются. 

К открывшемуся виду Чжоу жизнь не готовила, даже если он видел часть. Тело, точно слепленное богами, было идеально накачено с каждой четко прослеживаемой линией мускул, от мощных бицепсов и вплоть до косых мышц пресса. Даже редкая линия волос почти от пупка отчетливо шла вниз, скрываясь за поясом брюк, которые тоже уже снимали.

Удивительно, как одежда может легко скрыть такой торс. Минчжуй же, скорее всего, выглядел не так сногсшибательно. Еще в зале Леонард начал расстегивать его рубашку, что закончил только наполовину, и сползшая с плеч, где виднелись красные отметины. Брюки с расстегнутой ширинкой и ремнем на нем еле держались. Кое-где открытые участки кожи белые и чистые без впечатляющей мускулатуры. Оправдываясь, что для него не было смысла тренироваться со своим телом, он продолжил разглядывать чужое.

Однако Леонард не дал рассматривать больше, снова приблизившись. Его волосы упали, окружив их завесой, левая рука опиралась возле его головы, создавая клетку. Правая же занималась тем, что вернулась к поглаживанию тела, пока Чжоу отвлекался на поцелуи. В зале, даже если там была темень, он не мог полностью расслабиться и наслаждаться ими, разрешая только короткие поцелуи. Наконец, другой смог его глубоко поцеловать, кусая его губы и проникая внутрь. Язык облизывал весь его рот, проходил по зубам и небу и под конец зацепился за его собственный и начал играться с ним. 

Минчжуй никогда не думал, что от одного поцелуя можно потерять голову. Это было слишком приятно и перекрывало все мысли. Дыхание медленно заканчивалось, он хлопнул по плечу, чтобы прекратить, хотя бы на секунду, извивался, чтобы вздохнуть, но его все равно держал другой и глубже проникал. Когда он подходил к грани, только тогда его отпустил и между ними осталась тонкая нить слюны. Однако ему дали передохнуть пару секунд, а после вновь продолжили поцелуй. 

- Леонард…

Леонард оказался слишком активным и Чжоу за ним еле поспевал. Когда тот спустился к его груди, играясь теперь с ней, он уже тяжело дышал, почти задыхался, и только сейчас осознавая, что голый. По его телу водили руками, гладили в волнующих местах, или крепко держали, когда он дергался от удовольствия. Его бедра, раскрытые, окольцовывали чужую талию и пытались шевелиться, чтобы хоть как-то потереться о пресс своим вставшим достоинством. Однако это было не более чем очередным дразнением.

- Ммм…

Пока его продолжали сладко мучить, Леонард иногда проводил рукой по заднице, сжимая ее и меся, как тесто. Тело под ним было идеально мягким, чтобы он мог вечность зацеловывать и ласкать каждый сантиметр кожи. Ему понравилось играть на этом инструменте и слышать, как льется музыка. Сначала это были зажатые хрипы во время поцелуя, и только в закрытой комнате появился полноценный стон. Иногда звучали раздельные слова или его имя, что раззадоривали его еще больше. 

Он пытался сдерживать себя, зная, что смертные обычно не выдерживали его напора. Однако это было блюдо, готовое к употреблению, что он не мог не пустить слюну и вгрызался со всей силой. 

- Клейн… - Леонард звал его обманчиво нежно, кусал за грудь и руками поглаживал бока. - Клейн, тебе хорошо?

Чжоу метался по кровати, стараясь то ли уйти от всего удовольствия, то ли наоборот притянуть поближе. Его руки нашли место на чужих плечах и со всей силы сжимали, оставляя красные следы. 

- Что- аах?.. - Чжоу не мог разобрать что ему говорили, и к его члену внезапно прикоснулись, что он не мог сдержаться. Стон получился слишком громким, сладким и нуждающимся, отчего он сильно покраснел. Ему не хотелось больше открывать рот и так смущаться. Вот только у Леонарда были другие планы.

Он приблизился к его лицу, оставляя по пути поцелуи на плечах и шее, и на самое ухо, опаляя горячим дыханием, сказал:

- Это приятно, Клейн?

- Ммм…

- Ты так красиво подо мной лежишь… - Леонард не унимался и нашептывал смущающие вещи.

Чжоу притянул к себе красивое лицо и поцеловал. Получилось смазано, пытаясь повторить то, что с ним делали. Его язык неуверенно проник в чужой рот и исследовал его. Когда до Леонарда дошло, он подключился к поцелую, перестав грязно говорить.

Минчжуй таял, внутри все горело и желание, глубокое и низменное, не унималось. Он хотел разрядки.

Леонард не переставал его целовать, не давая ему и секундную передышку. Руками дрочил его член, так приятно гладил его головку и снова возвращался к основанию, обращая внимание на каждую венку и разглаживал их. 

Темп был медленным, продлевая удовольствие, когда Чжоу желал большего. И как назло, когда он был ближе всего, его член отпустили и руки вернулись месить его ягодицы. 

- Леонард… - он позвал его, просил о чем-то, что сам он не понимал.

- Мм? - движения остановились и теперь на него уставился внимательный взгляд. - Скажи чего ты хочешь, Клейн.

- Я.. - мысли Чжоу метались и перемешивались. Его опыт заканчивался на просмотре фильмов для взрослых. - Я… не знаю.

Его голос под конец затих, его смущало, как его слушали, как под конец усмехнулись. И как снова его целовали до потери всех этих мыслей. 

Однако он не мог не напрячься, когда к нему прикоснулись сзади. Палец поглаживал его колечко мышц, что слегка сжалось от страха. Подойдя к этому моменту, казалось, было поздно идти на попятную. Ему хотелось проконтролировать процесс, хотелось хотя бы увидеть. Вот только Леонард поднял его голову к себе.

- Доверься, - он укусил за губу, - и расслабься. Все будет хорошо.

Сеанс поцелуев продолжился, он сосредоточился на них, стараясь не сжиматься от поглаживаний сзади. Он чувствовал мягкие губы на своих, каждую маленькую трещинку, и как пощипывали ранки на нем. 

Было ли это у Леонарда или подготовлено в комнате, но стал распространятся сладкий запах. Он был цветочным и приятно оседал внутри. Руки поглаживали его ягодицы, смазывали чем-то и медленно приближались к щели. Палец аккуратно входил, вызывал странное чувство, к которому Чжоу мог привыкнуть. Его увели ласки на его груди. Его ареолы облизывали, подходили к соскам, и покусывали, после чего сосали. Удовольствие от этого покалывало в голове. Его смущало, что в голову лезли странные идеи. А краснел из-за того, что ему хотелось попробовать.

Он резко выдохнул, когда два пальца в нем достали до одной точки. Леонард, казалось, заметил его маленькое действие и продолжил тереть это место. Минчжуй чувствовал, как удовольствие резко попало в голову, его тело дрожало, а в голове было пусто. Он понял, что кончил, когда Леонард стал снова что-то нашептывать.

- Клейн, как ты? - он вытащил пальцы и дал ему передышку, поглаживая тело, давая спуститься с пика. - Тебе понравилось? 

- Мм… даа… - Чжоу чувствовал мелкие поцелуи везде, он млел под такой лаской. Тело стало мягким, не хотелось совсем двигаться.

- Хочешь продолжить? - спросил Леонард, пока поглаживал бедра и внутреннюю сторону, отчего шли мурашки. Движения будоражили сознание, Минчжуй не мог не ожидать чего-то еще.

- Поцелуй… - он притянул к себе Леонарда, который был рад исполнить его желание.

Они целовались долго. Медленно, но верно, желание распалялось. Минчжуй чувствовал, как вновь твердеет. Чужая рука уже хозяйствовала внизу: немного подрочила и вернулась к заднему отверстию. Оно было маслянистым и два пальца легко влезли, продолжая растяжку. 

Количество постепенно увеличивалось, Чжоу метался по кровати, тело горело, а разрядки не было. Он укусил перед собой плечо, крепче держался за спину, старался дышать. 

Когда пальцы вышли, а ко входу приблизилось что-то другое, Минчжуй напрягся, снова ища утешение и поцелуи. Головка члена плавно протиснулась и потихоньку исчезало внутри все до основания. С двусмысленным шлепом оно погрузилось почти до конца.

- Все хорошо? - голос Леонарда был хриплым. Он старался не делать резких движений, дать освоиться.

Минчжуй пытался дышать, чувствуя, как был полон. Это разительно отличалось от пальцев, но растяжка сделала свое дело. Когда он привык, то кивнул в разрешении продолжить. Член медленно вышел и снова зашел, начиная размеренный темп. Удовольствие импульсами приходило в мозг и оседало внизу живота. 

- Клейн… - Леонард не сдержал стон на его ухо и еще большая волна возбуждения его накрыла. - Клейн… В тебе так тесно… так влажно… Очень хорошо-...

- З-заткнись, - Чжоу притянул к себе один грязный рот, что не мог умолкнуть, и поцеловал. Он не думал, что это будет так приятно, а главное, это помогало заглушить любые смущающие звуки, особенно, из его уст.

Кровать в номере тряслась, заглушала музыку с зала. Леонард толкался все резче и сильнее, с каждой секундой теряя ритм. Минчжуй старался держаться за его шею и плечи, а когда член внутри него проходился по чувствительным точкам, сжимал пальцы и оставлял царапины на спине. На нем также появлялись с завидной скоростью следы: то хватка на его бедрах усилится, то его притянут сильнее за талию, то его шею и плечи искусают. 

- Ах.. Леонард-...

Особенно глубокий толчок выбил из Чжоу стон. Для него казалось, что головка члена пытается проникнуть куда-то еще глубже, вызывая удовольствие на грани со страхом. Его собственный член редко терся, но из него капало все больше предэкулята, что размазывался по их животам. А когда его взяли в руку и начали дрочить, он потерялся в ощущениях.

- Клейн, я… Это…

Сильный укус в плечо и резкий толчок в его точку нервов показали Чжоу яркие звезды. Он чувствовал себя удовлетворенным и наполненным, тело размякло и лень было шевелить даже пальцем. Сверху его чуть придавил вес тела Леонарда, но и это было комфортно. 

Мысли все еще вертелись в его голове не распутанным клубком. Думать не хотелось от слова совсем и только нежиться в тепле и слабом послесвечении удовольствия. Леонард чуть приподнялся, но не спешил отрываться от его шеи, покрывая ее поцелуями. Склизко и медленно вытаскивал свой член и, оставляя головку в кольце мышц, снова толкнулся.

- Ах!

Стон вышел громким без сдерживающего смущения из-за того, что получилось неожиданно. Чжоу сжался внутри, чувствуя как его снова заполнили. 

- Леонард, п-подожди я!..

Его продолжали трахать, член плавно проникал в него, а смазка, перемешанная со спермой и другими выделениями, вытекала из него, размазывалась на его ягодицах и впитывалась в простыни. 

- Клейн, Клейн… - Леонард звал его между поцелуями, а слова не могли выйти из его рта, только грязные восклицания и стоны, он мог только слушать. - Мне очень хочется… Я хочу тебя… Очень хочу…

Шепот на его ухо воспламенял Минчжуя. Он крепче обнял Леонарда за шею и притянул к себе для еще одного поцелуя. Грязно и влажно, зубы сталкивались в неаккуратных движениях, с его языком игрались и сосали, слюна капала с уголков рта и стекала по щекам на подушку. 

Леонард разорвал поцелуй и приподнялся, сидя на коленях. Его руки шире раздвинули бедра Чжоу, и взял их под предплечья. Минчжуй чуть раскрыл глаза, когда тепло на его груди исчезло, и в него никто не входил. Его руки опустились на простыни, и взгляд нашел лицо Леонарда. 

Зеленые глаза были темными и затуманенными, но все еще горели желанием и похотью. Они пожирали тело под ним, не оставляя и кусочка. От чего сердце Чжоу быстро забилось, будто жертва почувствовала, что на волоске от смерти в пасти хищника. 

Он видел, как капли пота стекали по накаченному телу. Хотелось провести рукой по ним, все ниже и ниже, пока не увидел свой стоящий член, сочащийся предэкулятом. Как близко он был прижат к мышцам живота другого и как тесно они соединены там. 

Его живот, склизкий и покрыт его выделениями, был плоским со всей его мягкостью и с кажущимися ощущениями, что орудие внутри него протыкает насквозь. Стоило бы нажать на его низ, как он мог бы почувствовать, что у него внутри.

Леонард сделал толчок в новой позе под взглядом Минчжуя. И перед его глазами засверкали звезды. Его задница сжалась от такого издевательства удовольствием, а сверху послышался мучительный вздох.

- Все еще так узко… - послышалось от Леонарда.

Чжоу перестал сдерживаться, получал удовольствие, кричал и стонал, когда попадали по чувствительным нервам. Головка члена внутри него врезалась в тугое кольцо мышц, медленно, но верно растягивая его. Извращенное наслаждение, когда его долбили так глубоко и сильно, раздвигало его границы стыда. 

- Ах… еще!..

И Леонард сделал. Его темп чуть замедлился, но каждое проникновение тщательно рассчитанное. Его руки сильнее схватили бедра, оставляя еще пару красных следов. Он поднял ногу выше, поднес к своему лицу и укусил за лодыжку. Каждый раз Чжоу от этого выдыхал, вперемешку со стоном, а из его члена капала жидкость.

Когда Леонард привык, когда он стал долбиться в одну точку, сильнее что-то раскрывая, он снова прибавил скорости. Он искал собственное освобождение и… Наконец, тугое колечко мышц поддалось и раскрылось. Оно очень сильно обволакивало его головку, которая двигалась взад и вперед. 

Минчжуй затрясся от очередного оргазма, когда член проник во внутренний кишечник. Из его члена брызнула на живот сперма, хоть к нему и не прикасались после первого раза. И его пик продлевался, пока его продолжали трахать и не кончили глубоко в его утробу. Это было последнее, что он почувствовал, прежде чем сознание ускользнуло от него.

***

Леонард с закрытыми глазами пытался отдышаться, пока желания внутри него утихомирились. Он не заметил, как сорвался, и все его мысли сосредотачивались на Клейне. Ему очень хотелось его притянуть ближе и полностью съесть. Это было впервые для него, потеряться так в похоти.

Когда он открыл глаза, то первое, что он увидел это тело Клейна. Оно было полностью испещрено следами их соития. Укусы и засосы на плечах, шее, груди и ногах. Синяки на талии бедрах. Покрасневшая кожа от шлепков на промежности. Алые щеки и губы. Полоски слез, следы слюны на лице. Сперма на его животе.

Что-то в нем щелкало продолжить, заставить и дальше утопать в разврате и удовольствии в низменных желаниях. Ему хотелось забрать его с собой и никогда не отпускать. Однако ему не хотелось видеть ненависть в карих глазах.

- Прости, я не сдержался… - Леонард вздохнул, когда понял, что облажался. Ему хотелось сделать первый раз Клейна нежным и незабываемым, чтобы тот точно выбрал его и только его. 

Но в ответ тишина.

- Клейн? - Леонард нахмурился, когда тот не шелохнулся. Приблизившись, он мог заметить размеренное поднятие груди, сопение из носа и слегка поднятую температуру.

“Спит значит?” - он не стал больше ничего говорить. 

Как можно тише и аккуратнее, Леонард стал выходить из Клейна. При любом резком движении его лицо хмурилось и будто он сейчас проснется. Но все обошлось и он вытащил член. Когда своеобразный затор исчез, из дырки потекли все выделения, в основном его сперма. 

То, как даже внутри, Клейн был помечен его семенем, возбуждало что-то внутри Леонарда, становясь топливом для желания. Но он сдерживал себя, отвлекая себя счетом. 

Он теперь ходил по комнате, собирал их одежду, некоторая из которых была в не лучшем состоянии. Он взял то, что уцелело, в основном только их брюки и нижнее белье. Щелкнув пальцами, он сжег их рубашки и промокшие простыни. 

Проверив все напоследок, Леонард взял на руки Клейна, завернутого в чистые полотенца, и сделал шаг. Комната исчезла и пространство стало заполняться разными цветами. Существа Духовного Мира обратили на него внимание, но никто не смел подходить ближе. Еще пару шагов и он снова появился в реальном мире и теперь в гостиной своего дома. Было тихо, темно и прохладно. 

Клейн в его руках заерзал и сильнее укутался в полотенце. Леонард побыстрее завернул на лестницу и в коридор и дошел до спальни, где уложил другого на кровать. Одежду он бросил на ближайший стул, и отправился в ванную комнату, чтобы нагреть воду. Это заняло немного времени и вскоре в ванне отмокал спящий Клейн. 

Леонард сидел рядом на полу и облокачивался на стенку ванны. Он наблюдал за внезапно появившимся партнером. Простое, но такое привлекательное, в его глазах, лицо иногда хмурилось, губы поджимались и он поворачивал голову в другую сторону.

Ему не была интересна Земля, только Сефира, что по слухам была в запечатанной части этой планеты. И то, он узнал об этом от других, когда сам не искал, так как не видел в этом большой надобности. Он Бог и без этой Сефиры, а верующих у него достаточно в десятках других мирах. 

Однако теперь все изменилось. Ему бы хотелось здесь остаться. Остаться с Клейном. Остаться до конца его жизни. И он надеялся, что это будет хотя бы сотню лет, ведь может быть и меньше. Но с ним ему не стоит страшится странных и случайных случаев. Только старость.

Теперь у него есть цель, чтобы победить в предстоящей войне.

Но а пока, он вытащил Клейна из уже остывшей воды и вытер. Клейн уже давно спал и продолжил, никак не проснувшись от всех действий.

Вскоре, он сам ополоснулся в душе, оделся и улегся рядом с Клейном. Руки притянули его тело ближе и так он быстро заснул с улыбкой на лице.

***

Минчжуй наблюдал, как на светлом небе пролетают пушистые облака. Сам он лежал на земле. Вокруг него росли бутоны и постепенно расцветали в алые розы. Они наполняли воздух прекрасным и сладким ароматом, вдыхая который разум отдыхал.

Его тело было расслабленным, будто даже бескостным, что странно приятно. Его обволакивало тепло и ему не хотелось делать абсолютно ничего. Все его заботы ушли на подкорку сознания, не беспокоя его. Розы колыхались вокруг него, словно укрывали, его веки тяжелели и сон все больше его накрывал.

Вдруг, кинув взгляд на небо, он увидел множество глаз, что смотрели прямо на него. Как холодная вода, страх прошиб все его тело и он резко открыл глаза.

Прямо перед его носом все было чисто бежевое. Пару раз моргнув после странного сна, он понял, что прижимался к груди. Он взглянул наверх, когда чуть отодвинулся, что было непросто, ведь его все еще держали в крепких объятиях. 

Рядом с ним лежал Леонард. Его лицо было спокойным, губы слегка приоткрыты и шумно выдыхали воздух. С каждым вдохом грудь медленно наполнялась, а затем опускалась. Когда на нем нет никаких эмоций, то его черты лица возвращались к своей резкости. Он подходил по всем канонам красоты, но становился бездушным, как статуя, и холодным, как мрамор. 

Почувствовал ли он что-то, но ресницы начали слегка дрожать и поднимались веки. После сна глаза все еще не в фокусе, они будто безразличны, но с каждым морганием жизнь возвращалась и на Чжоу будто смотрел сам лес. Со всем его шумом листвы и радостью проходящих в просветах лучей солнца. Это завораживало и манило его.

- Клейн… - слегка хриплый после сна голос позвал его. 

И такой тон живо напомнил Чжоу прошлую ночь. Он помнил, как согласился, как целовал и как стонал, когда его…

- Клейн? - Леонард приблизился и дотронулся до его лба губами. - Все в порядке? Ты весь красный…

Минчжуй от этого еще больше смутился. Он отвел взгляд и свернулся, вернувшись в положение, когда он уткнулся в чужую грудь, все чтобы скрыть его покраснение.

- Клейн, что с тобой? - Леонард не сопротивлялся и позволил прижаться к себе. Его руки нашли место вокруг другого.

- Заткнись… - Чжоу прикрыл один болтливый рот, пока сам пытался восстановить дыхание и успокоиться. - Помолчи просто…

Когда до Леонарда дошло, что это просто застенчивость, на его лице появилась яркая улыбка, а объятия стали крепче. Легкий смех чувствовался из его груди и передавался по всему телу, и Минчжуй это ощущали еще больше заалел. 

Он хотел вечно остаться вот так, но его живот запротестовал. Урчание слишком громкое в тишине комнаты как еще одна причина для Чжоу зарыться в могилу.

- Ты хочешь позавтракать? - как ни в чем не бывало спросил Леонард, но было слышно улыбку на его губах. - Пойдем, я что-нибудь найду на кухне.

Тот спокойно встал из под одеяла, что скрывало его наготу. Чжоу провел по его спине взглядом, отмечая все царапины, оставленные им. Он помнил как оставлял следы, когда ночью его подводили к пику удовольствия. Его глаза увидели, как и плечи в укусах. Ему пришлось отвернуться, когда заметил, что на него смотрят, будто он делал что-то непозволительное.

- Нравится, что видишь? - сказано с озорным, но и беспечным тоном. Минчжуй сделал глубокий вдох и выдох. Не хватало ему потерять контроль из-за смущения. 

Леонард надел брюки и вышел из комнаты. Его шаги удалялись и было слышно только, как скрипит лестница. 

Чжоу приподнялся, но тело заныло. Усталость накрыла его и двигаться не хотелось. Также он заметил, что он тоже лежал голым. Он натянул на себя сильнее одеяло, чтобы прикрыться. Краем глаза он уже заметил, что его грудь и руки были не меньше расписаны, чем спина у Леонарда. 

“Богиня, что я сделал…”

Все эти последствия давали чувство реальности тому, что между ними было. Показывало, что это было далеко не сон и не мечта. 

“Ну, это было хорошо и приятно”.

В конце концов, Чжоу не мог этого не признать хотя бы в сердце. Черта с два он расскажет это другому. Или вообще хоть кому-нибудь.

Только теперь он огляделся и заметил незнакомую комнату. И судя по виду из окна, это далеко не тот район бара с борделем. Закутавшись в одеяло, он выглянул из спальни. В коридоре было темно и было еще две двери, одна из которых приоткрыта. Он заглянул туда и попал в ванную. Рядом с входом было большое зеркало и Чжоу поддался любопытству и раскрыл одеяло. 

Его тело точно пережило нападение зверя. Так много укусов в самых разных местах: от плеч до лодыжек. Точно хотели разорвать и съесть. Чжоу укутался обратно, не желая больше видеть это безобразие и принялся умываться. 

“Так и что мне делать дальше”, - мысль, что крутилась в его голове.

Он не предполагал, что был бы с кем-то в последние дни. Точно не с человеком. А теперь он тут и даже провел с ним ночь.

“Чувствую себя подонком, что воспользовался им”

Он не мог остаться на Земле. Ему приходилось бы уходить и он уже не смог бы жить простой человеческой жизнью, как бы ему этого не хотелось. Это не говоря о предстоящем Апокалипсисе. 

Чжоу был уверен, что они, все Боги, смогут защитить Землю. Но он понимал, что за это пришлось бы заплатить очень высокую цену. И скорее всего он будет тем, кто это сделает. В худшем случае, он создал бы барьер из себя, что защитить дом и своих друзей. 

“Надеюсь, что Леонард хотел провести только одну ночь со мной, - Чжоу вернулся в спальню и стал искать одежду. Брюки и нижнее белье свое он увидел в ванне, а рубашки совсем нет. - Тогда он не станет беспокоиться обо мне”.

Минчжуй нашел только одну рубашку не его, что лежала на стуле. Он не стал без разрешения рыться в ящиках и в шкафах, так что накинул на себя хотя бы ее. Она была чуть больше, но лучше, чем ничего. Поверх он накинул еще и одеяло.

Спускаясь по лестнице, он услышал шум воды и дребезжание посуды. Когда он дошел до кухни, то увидел как Леонард, все еще с голым верхом, пытался разбить куриные яйца, но каждый раз осколки попадали в миску. Ему приходилось их вытаскивать, но это было сложнее, чем казалось на первый взгляд. Вдруг забулькала вода. она переливалась через чайник и стала затапливать столешницу. Леонард спохватился об этом, бросил яйца, скорлупа которых снова попала в жидкость, и выключил кран. Пока он убирал разлившуюся воду, по кухне стал разноситься запах гари. Один тост, что был на сковородке, уже становился черным.

- Тебе нужна помощь?

Чжоу подошел ближе, хвост одеяла плелся по полу, и выключил плиту. Леонард наконец заметил его, и бросил убираться.

- Все хорошо, можешь просто сесть и отдыхать, - он усадил его на единственный стул в столовой и продолжил дальше бороться с кухней. - У меня все получится!

Однако ничего не получилось. Стоило Леонарду начать что-то делать, он забывал о втором, возвращаясь к нему, появлялось что-то третье. Когда он доставал горелый тост во второй раз, Чжоу не выдержал. Венка на висках дрожала, когда горе повар портил столько хороших продуктов. 

Позабыв об одеяле, Минчжуй оказался возле плиты и отодвинул подальше Леонарда. Аккуратными движениями он разбил яйца и взбил их, тосты к этому времени у него подрумянились и их переложили на досточку к столу. Добавив молоко и специи, он вылил яичную смесь на сковороду и поджаривал ее, иногда помешивая. Когда омлет был готов, он разделил его по порциям и переложил на тарелки. Чайник к этому времени закипел, и чай заварился. 

Леонард полностью позабыл про готовку, когда увидел, что Клейн стоял только в его рубашке. Она была достаточно длинной, чтобы скрывать все до бедер. Когда тот двигался, она развевалась и будоражила его сознание. Он мог видеть и оставленные им следы, что выглядело в его глазах слишком сексуально. Ему хотелось съесть теперь далеко не омлеты с тостами.

Когда Чжоу все разложил и убрал посуду в раковину, сзади к нему прижалось теплое тело. Леонард проводил губами по его шее и, не почувствовав сопротивления, развернул его к себе лицом.

- Ты так хорошо готовишь, - он так томно прошептал это на ухо, что по телу Чжоу прошлись мурашки. 

Не давая что-то сказать, Леонард поцеловал его. Страстно и влажно. Губы Минчжуя раскрылись и дали проход в свой рот чужому языку. Его тело разогревалось, когда с его языком игрались. Воздух заканчивался, а прекращать не хотелось. Но от него все равно отлипли и тогда он вздохнул.

- Ха… Неужели соблазняешь меня?

- Что?..

И только сейчас понял, что по его бедру проводили рукой, поднимались все выше и отодвигали подол. Покружились возле крестца и двинулись в бок. 

- Мх… - он выдохнул, когда взялись за его голую ягодицу и стали лапать ее и мять без зазрений совести. 

- В одной только моей рубашке, - от каждого слова Леонарда Чжоу был готов закопать себя. - И без нижнего белья, - его ухо покусывали. - Вертелся так аппетитно перед моими глазами…

- Н-нет, я… 

- Тогда ты? 

Его зеленые глаза пристально смотрели на него, будто волк следил за своей жертвой. И жертва чувствовала, как его могут скоро съесть. 

- Я… - у Чжоу пересохло в горле, а в животе собирались постыдные желания. 

Как клавишный эксперт, Минчжуй более чем осведомлен о теоретических знаниях. Его могли взять на столешнице в кухне или на столе в столовой и все при свете дня. От его фантазии узел связывался в его животе, а смущение, как его светлая часть, не могло побороть любопытство.

- Так? - Леонард еще ближе был к его лицу и точно вот-вот поцеловал бы. Чжоу зажмурился и стал ждать. Но ничего не произошло. 

Он медленно приоткрыл глаза, чтобы увидеть лукавый взгляд зелени. 

“Меня провели!..” - от видел, как Леонард знал о чем он подумал бы. Он знал о его грязных мыслях и от того хотелось еще сильнее провалиться под землю.

- Ха-ха-ха, - его улыбка переросла в смех, - ты такой милый.

Он смотрел очень тепло и нежно, поцеловал быстро в щечку и отошел. Захватил тарелки с едой и отнес на стол.

- Пойдем, - Леонард сел за стол и, увидев, что Минчжуй все еще стоит на кухне, подозвал его к себе.

Запах еды пробуждал заснувший его голод. Со вчерашнего обеда он ничего не ел, только алкоголь распивал, так что он был готов съесть очень много. Вот только возле стола был только один стул, на котором уже сидел Леонард. Оглядываясь вокруг, он не нашел чем бы заменить, но ничего не было. Осталось взглянуть на хозяина дома, что может быть вытащил бы еще один стул. Но он только взял его за запястье и притянул к себе, заставляя упасть на него, и ловкими движениями усадил его к себе на колени.

- Что!.. - Он держался за голые плечи, попытался слезть, но его удерживали за талию. - Леонард!

- Да?

- Отпусти меня!

- Но это единственное место, где ты можешь сесть, - его щенячьи невинные глазки смотрели на него и уговаривали остаться. И Чжоу осознал, что не может сказать им нет.

- Какой же ты бесстыдный…

- Мы хорошо дополняем друг друга, не правда ли.

Леонард поставил перед собой тарелку, взял тост и намазал его маслом. А затем отправил в рот, но не к себе. Это оказалось перед Чжоу. Масло немного подтаяло на горячем тосту и вкусно пахло. Голод взял свое и, перестав уже сопротивляться, откусил кусочек.

Завтрак так и прошел. Леонард накормил Минчжуя. Ему ничего не пришлось делать, только кусать и жевать еду. 

“Я мог бы к такому привыкнуть”, - подумал он, доедая последний кусочек. 

Леонард также помыл посуду, уговорив это оставить ему, раз он не смог приготовить завтрак. И Чжоу лениво наблюдал за ним сзади. И чем больше смотрел, тем больше понимал насколько и спина в меру мускулистая с широким разворотом плеч. Каждый изгиб его был эстетичный, словно не тело, а идеал, статуя, слепленная Богом.

“И почему он такой красивый и нежный, - Чжоу витал в мыслях, проводя глазами по царапинам. - Со всеми ли он такой”.

Было глупо думать об этом, но он не мог прекратить. Разве не логично, что Леонард опытный соблазнитель. И ища кого-то на ночь, ему просто стал интересен такой непримечательный мужчина, как Чжоу Минчжуй. Просто совпадение.

“Кажется, я самый настоящий дурак, раз подумал, что кто-то будет переживать за партнера на одну ночь, - он вспомнил, как придумывал что-то в ванне. - Это не более чем временная связь, что исчезнет с концом ночи”.

Леонард честно об этом рассказал. И Чжоу честно пытался не принимать это близко к сердцу, и не признавал, что ему от этого грустно. 

“Неужели мне так мало нужно, чтобы влюбиться в кого-то”.

Леонард как раз заканчивал убираться и протирать посуду. Он повесил мокрое полотенце на ручку шкафа и подошел к Чжоу. А он видел, что тот в первый раз такой неловкий. Будто не знал как начать разговор.

“Ну все”.

- Клейн, - Леонард наконец посмотрел на него прямо, но его волнение чувствовалось. Он вздохнул и взъерошил волосы, решившись. - У меня эта неделя будет свободной. Не хотел бы провести ее со мной?

“Что?”

- Что?

- Я знаю, что ты хотел только выпить вчера, а затем мы…

- Стоп, стоп, стоп! - Чжоу остановил, пока другой не стал рассказывать все подробности. - Разве ты не искал кого-то на одну ночь?

- Что? - теперь очередь Леонарда удивляться. - Я такого не говорил.

“Ах, да, - вспомнил Чжоу, - это я так подумал”.

- Но…

Он не знал теперь что сказать. А он и не успел, ведь его уже взяли на руки.

- Леонард!

- Клейн, - его понесли к дивану и Леонард сел, все еще не отпуская его. - Ты слишком много думаешь. 

- Это не так, - на него посмотрели без капли веры в эти слова. - Может быть немного…

- Послушай меня, - Леонард взял его лицо в свои руки, не оставляя и шанса отвести взгляд. - Ты мне очень нравишься. - удивленный его взгляд вызвал смех. - И я бы хотел продолжить это.

Чжоу Минчжуй в первый раз почувствовал себя обезоруженным. Его все еще удивляло, как его смогли так хорошо прочитать. Он тот, кто скрывался за тысячами масок и личностей. Тот, кто не говорил о своих чувствах, а желания исполнялись слишком редко.

- Не думай, просто не думай, - Леонард снова привлек к себе внимание, заметив, что другой опять все обдумывал. - Скажи свой ответ, что в сердце.

И он сразу появился. Однако он помнил, что все еще Бог, что впереди будет война, где он может не выжить, а Леонард… он…

- Скажи чего ты желаешь.

- Хорошо, давай попробуем.

Чжоу не знал было ли это правильно соглашаться, но хотя бы один раз, всего лишь раз, он хотел дать себе шанс. Даже если потом будет сожалеть.

***

Когда все разрешилось, они первый делом отправились по магазинам. В доме Леонарда был минимум вещей для жизни, так что Чжоу решил это исправить. А также ему обещали, что возьмут и ему любые вещи, что ему понравятся. Но для начала ему пришлось одеться в вещи Леонарда, так как его все еще не высохли. Это смотрелось странно и видно, что одежда не его, но ему пришлось через смущение это перетерпеть.

Поэтому первым делом они отправились покупать одежду. Брюки, рубашки, жилетки и нижнее белье. Все в нескольких комплектах и хорошего качества. Леонард не показывал ему цены, так что он мог только предполагать, что это очень дорого.

Затем прошлись по хозяйственным товарам и средствам личной гигиены: зубная щетка, стаканчик, полотенца разного размера. По пути попалась мастерская, где можно было заказать мебель. 

- Хочешь заказать стул? - спросил Леонард, когда Чжоу обговаривал заказ с мастером. 

- Да, у тебя только один, - он закончил описывать и цена была оговорена, что было дешевле, чем он ожидал. 

- Ты можешь продолжать сидеть на моих коленях.

Тишина.

Старый мастер посмотрел на улыбающегося Леонарда, затем на Чжоу, что замер перед ним, и покачал головой.

- Эх, молодые, - причитал он, уходя в другую комнату, - и я таким был со своей старухой.

Чжоу физически чувствовал, будто умирал. Его щеки были невозможно красными, казалось даже, что от него шел пар от стыда.

- Леонард!

Шлеп.

***

Закончив с покупками, пара решила найти ресторан. Время уже двигалось к вечеру.

Леонард пригласил следовать за ним и вскоре они подошли к знаменитому интисскому ресторану имени Розеля. Чжоу, хоть и был все еще зол на него за его беспечность, но он не был настолько жесток, чтобы обдирать его здесь.

Как Бог, он собрал немало денег за все годы бодрствования и это не считая Церкви и имущество под его разными личностями. Он также знал вес денег и дорожил каждым пенни. Поэтому такие траты, какое бы не было желание, он считал необоснованные.

Однако Леонард смог его уговорить и теперь они сидели в главном зале ресторана. Когда пришел официант, то он странно посмотрел на Леонарда, у которого на левой щеке был явный красный след руки. Но он ничего не сказал, профессионально поддерживая лицо, и спросил заказ.

- Мне блюдо этого дня.

- Это фуа гра из фейнапоторской золотой утки с гарниром пюре из красного картофеля и фасоли, сэр.

- Конечно.

- А вам сэр? - он обратился к Леонарду.

- Тоже самое.

- Принести ли вино?

- Да, сладкое, средней выдержки.

- Сию минуту, сэр.

Официант записал все их пожелания и ушел за двери.

Чжоу продолжал читать меню, перейдя на вкладку с десертами. Их названия уже вызывали в нем аппетит. Леонард все это время испытывающе смотрел, протянул свою руку, чтобы достать его рукава, но без результата. 

- Клейн… - теперь он стал брать эту крепость своим поведением. - Ты все еще злишься?..

- С чего ты так решил? - спросил Чжоу, все еще не поднимая на него взгляд.

- Ты не смотрел на меня с той самой мастерской.

- Мне и не надо было смотреть на тебя все это время, - он наконец-то поднял глаза, встретившись с грустными зелеными.

- Но ты часто смотришь украдкой на меня, думая что я не заме-... Ауч…

- Не говори все, что не уме! - Чжоу ударил его по ноге, услышав от него очередную смущающую вещь. С его щек, кажется, не сходит красный цвет с того момента, как он познакомился с Леонардом.

- Хорошо, хорошо, - он поднял руки к знак примирения.

“О Боги, какой же он милый, когда смущается”, - Леонард не мог отвести взгляда от него. Была бы его воля, он бы ворковал над ним каждую секунду, вот только, скорее всего, тот не выдержал бы и спекся.

- Я больше не буду говорить о нашей личной жизни, если есть посторонние люди, - он поднял руку и вытянул мизинец. Он давно не заключал такие соглашения, ведь никто не поверил бы на слово среди их уровня.

Чжоу посмотрел на палец, затем в глаза, не увидев там лжи. Со вздохом он протянул свой мизинец и сжал с другим. Затем запечатали большими пальцами. Это была всего лишь детская забава, но в сердце он верил, что Леонард такого не сделает. В любом случае, он уже давно не злился на него, наверное, с того момента, как ударил его, и больше чувствовал за это вину. Как будто, он не мог долго обижаться на этого человека, какова бы ни была причина.

Теперь они продолжили свой разговор, узнавая больше друг о друге. Где-то между пришел официант и принес заказанное вино. Оно было очень вкусным, чувствовались все нотки винограда и деревянной бочки, в которой это все выдерживалось. Помня о вчерашней оплошности, - даже если все прошло очень хорошо и ему понравилось, - Чжоу не стал налегать на алкоголь.

Затем принесли главное блюдо и они приступили к нему, оставив на время разговоры. Чжоу не мог не восхититься нежностью мяса и его особенному привкусу. Он признавал, что эти дорогие рестораны стоили того, чтобы хотя бы попробовать высшую кухню с качественными и редкими ингредиентами. Но денег все равно жалко, даже если не его.

Ужин закончился и Чжоу чувствовал легкость от алкоголя, что так хорошо пился под фуа гра. Но он старался сдерживаться, так что только слегка пьян. Выйдя на свежий воздух, он немного протрезвел, но ходить прямо все еще не получалось.

- Как ты? - спросил обеспокоено Леонард, когда в очередной раз другой напился.

- Все просто отлично! - тон Чжоу был повышен, а границы раздвинуты чуть шире. Так что теперь он не отказывал себе обнимать теплого Леонарда, утыкаясь в его грудь.

- Точно хорошо? Идти сможешь? - он отодвинул его, взяв в руки покрасневшее от алкоголя лицо. - Может мне тебя понести?

Не ведая страха, а в особенности теперь и смущения, Чжоу не почувствовал в этом обмана, при том, что стоять ему было и вправду в тягость, так что помощь пригодилась бы. 

И Леонард опустился, взял его за колени и спину и поднял на руки. Чжоу сразу обхватил его шею и опустил плечо. Вскоре от него послышалось приглушенное сопение. 

“Если подумать, он плохо отдохнул прошлой ночью и весь день был на ногах, - вспомнил Леонард прошедший день. - Так что неудивительно, что он так быстро заснул”.

***

Время пролетело незаметно для Леонарда. Хотя если учесть, что ему уже не одна тысяча лет, то семь дней показались бы мгновением. 

Они с Клейном проводили все это время вместе и почти не отлипали друг от друга. По крайней мере, он прилагал для этого все силы. И, конечно, старался сдерживаться в своих желаниях и главное - не хотел давить на своего партнера.

Клейн из Лоэна, а там, как он узнал, чтили эвфемистичность ухаживаний и сдержанность джентльмена. И, на самом деле, открытость Интиса ему была чужда, как бы он не утверждал, что он мог бы это принять.

Для Леонарда это стало новой загадкой. Найти ту золотую середину в своей потребности в нем и его комфортом. В любом случае, сдержанность он культивировал, пока поднимался к трону Бога, это ему не в первый раз.

Седьмой день начался как обычно. Они проснулись, почти в одно время, дали себе вот так полежать вместе, перекидываясь парой слов. Затем он пытался приготовить завтрак под чутким руководством Клейна. Он уже не был так безнадежен на кухне, как в первый день. 

За завтраком, где Клейн сидел перед ним, а не на его коленях, к его великому сожалению, ввелись очередные глупые дискуссии, но они к этому так серьезно относились, будто решали судьбу мира. А когда ни к чему не приходили, но аргументы обеих сторон иссякли, то молчали и затем смеялись над чем-то, что и сами не понимали. 

В этот день они планировали снова выйти на улицу. Им нужно было на рынок, так как продукты закончились. И Клейн также обещал, что приготовит шикарный ужин, так что Леонард ждал этого с нетерпением.

- Что нужно купить? - он спросил это у главного повара в доме.

- Баранину, картошку, морковь, лук… - Клейн стал перечислять, после секундных раздумий. - Приправы есть… А! Горошек еще. 

- Может взять сладости?

Еще одна вещь, что не оставляла Клейна равнодушным. Он был очень большим сладкоежкой и любил пробовать любой новый десерт. А затем с ученым видом анализировал все, вплоть до подачи, и выносил свою оценку. За неделю они обошли много пекарен, кондитерских и кафетериев, и в каждом поставили оценки к знаменитым их сладостям.

- Да! Мы еще не ходили в пекарню на углу той аллеи с голубями, - глаза Клейна загорелись и он теперь переключился на вкусы.

Клейн редко говорил о своих желаниях. И даже если Леонард мог их запросто угадать, он все равно спрашивал и побуждал их озвучивать. Так он хотел, чтобы тот не держал все в себе. 

‘- Ты меня разбалуешь так, - прочитал Клейн, держа в руках стопку книг. В них были и исторические журналы последних лет, так и популярные романы.

- Ты этого достоин, -  Клейн остановился на его словах и взглянул на него, увидев серьезный взгляд, но он не продержался долго и снова на лице заиграла улыбка, смягчая его холод. - И я бы хотел тебя разбаловать.

- Ага, - Клейн развернулся и пошел дальше, но было видно, как покраснели его кончики ушей.’

И теперь он не отказывался от понравившихся предложений и сам активно искал, что бы он хотел сделать. Леонард рад его поддержать.

Наконец, купив все, что нужно, они вернулись домой. Они поздно встали, и пока сделали все, солнце уже прошло высшую точку и теперь опускалось к горизонту. Не теряя времени, они подготовили все к готовке и приступили к ней.

Сначала нарезать мясо на средние куски и оставить в смеси масла, яиц и специй, чтобы замариновалось, после кинуть тушится в горшке. Затем нарезать на кубики все овощи, отложить отдельно картошку. Ее просто отварить, а остальное кинуть к мясу, когда оно уже станет полуготовым. Под конец добавить картошку и горох, попробовать на соль, если не хватает, то добавить.

Простой рецепт, но когда горшок был на последней стадии, даже через крышку по всей кухне распространялся чудесный аромат баранины и картошки. Леонард взялся сервировать стол, перед этим расстелив новую скатерть. А Клейн потом вынес горшок с блюдом. 

У Леонард слюнки текли от одного запаха и вида, а когда он сделал первый укус и съел его, то он не мог остановится.

- Очень вкусно! - не став что-то придумывать, Леонард сказал первое, что было в голове.

- Ты всегда говоришь одно и тоже, - но Клейн был счастлив, что блюдо оказалось по душе. Он сам взял себе и принялся есть.

Когда Леонард доедал последние кусочки, он заметил, как блестели от масла губы Клейна. Они выглядели очень аппетитно, и теперь он почувствовал совершенно другого рода голод. С уголка рта как раз потек соус и, не предупреждая, он поднес палец, убрал пятно и слизал его сам.

Клейн совершенно очевидно смотрел на него. Его щеки снова начали краснеть, а глаза забегали, но избегали его. Ужин закончился с такой двусмысленностью, но возможно, привыкнув к таким маленьким действиям, он быстро успокоился. Вот только у Леонарда были совершенно другие планы.

Решив, что в этот раз можно, что он заслужил, Леонард подошел к нему, сзади, когда Клейн мыл посуду. Он обнял его за талию, провел носом по шее, вдыхая его запах. После кухни он все еще пах едой и Леонард был не прочь им полакомиться.

- Леонард… подожди… - Клейн вводил плечом, пытаясь отогнать будоражащие ощущения. - Я все еще… мою посуду.

Леонард аккуратно перехватил его руки и положил тарелку обратно в раковину.

- Это подождет.

Больше препятствий не было. Клейн вытирался поданным ему полотенцем и подставлял свою шею под поцелуи. Когда он вытер руки, его перевернули, и они наконец могли слиться губами. 

Их ежедневные поцелуи утром, вечером или в любое другое время, были короткими, без страсти, но с любовью. Сейчас поцелуй ощущался совершенно по другому. Леонард целовался пылко за все дни сдерживания, а Клейн это принимал. Его пальцы схватились за волосы Леонарда и приятно тянули.

- Пойдем… в кровать… - между поцелуями и вдохами сказал Клейн, и Леонард был рад это исполнить.

Он взял его за бедра, а лодыжки скрестились на его пояснице. Путь был долгим, так как он останавливался, прижимал его к стене и снова безумно целовался. Он пил его стоны, будто жаждущий воду. 

Клейн задыхался, когда его кинули на кровать. Его грудь ходила ходуном, сердце бешено билось, а глаза блуждали по телу Леонарда, что скидывал с себя мешающую одежду. А затем он принялся раздевать другого. Рубашка, брюки и нижнее белье только. В Интиссе не было моды на жилетки или тем более пиджаки, так что их и не одевали. 

Поцелуи он все еще продолжал, не давал нормально вздохнуть, осмыслить что-то. Хотелось просто поддаться желаниям и пусть руководили бы инстинкты. 

Когда Леонарду открылся доступ к голому телу, он стал ревностно покрывать каждый кусочек кожи своими поцелуями. Иногда, в порыве страсти он кусал или сосал, оставляя укусы и засосы. С каждого такого следа Клейн не сдержал стона, что только подогревало его желание.

Он спускался все ниже: от плеч и шеи к груди, от живота до милых крестцов. А еще ниже перед ним стоял член. Он уже капал предэкулятом, дрожал от каждого порыва воздуха. 

Клейн разлепил глаза, когда произошла секундная заминка. Он заметил, как Леонард сидел между его ног и смотрел на его член. От такого внимания он дернулся, и зеленые глаза встретились с карими. 

- Ах!..

Леонард без раздумий взял его в рот. Его язык игрался с головкой, затем облизывал его по длине, оставлял след слюны, что охлаждал разгоряченное достоинство. Но длилось недолго, когда его снова погружали в теплый и влажный рот. С каждым движением губы захватывали больше, медленно приближались к основанию.

- Л-леонард!.. - Клейн, что впервые опробовал минет, тонул в удовольствии. Его рука схватила другого за волосы, но не пыталась придвинуть ближе. 

- Мхм…

- Ах… 

От вибраций в горле член внутри трясся и удовольствие покалывало по всему телу. Леонард чувствовал, как набух внутри него пенис и вскоре в его горло изверглась густая жидкость. Он ее проглотил и вытащил пенис. Его губы покраснели и слегка побаливали, а на языке чувствовалась горечь. 

Клейн лежал весь такой мягкий, что этого было недостаточно. Его руки не лежали без дела. Одна из них проникла сзади к проходу и вставила один палец. В свете всего удовольствия это было незаметно. Затем к первому присоединился и второй, потом и третий, когда Клейн кончил.

Теперь, чуть отдохнув, он мог почувствовать легкий дискомфорт. Удовольствие уже накапливалось, пока он только только отходил от оргазма. Вдруг его глаза закатились, когда пальцы достали до простаты. И они от нее не отставали, продолжали ее тереть, добавляя еще палец.

- Ах… Нет… Леонард…

Клейн терялся в ощущениях, когда его продолжали окунать в удовольствие непрерывно. Его член все еще мягкий после первого раза, но его все равно трясло, двигая его к грани.

- П-подожди… Леонард…

Леонард, конечно, не стал останавливаться, теребя его сладкую точку. Он поднялся выше, чтобы занять свой рот опять. Он обхватил вставшие соски, что так и соблазняли его их покусать. Свободной рукой он крутил второй сосок.

Клейн, не ожидавший такой атаки, был повержен. Перед его глазами были белые звезды и его тело дернулось, но член только восстанавливался и был еще мягким. Только его задница сжималась, внутри все скрутилось.

- Ты… - Леонард пристально посмотрел на его лицо, что было в экстазе. - У тебя случился сухой оргазм?..

- А?.. - Клейн совсем не хотелось двигаться или думать.

- Ты… ха… - Леонард поднялся еще выше на уровень его лица. Его зеленые глаза блестели и казалось, будто хищник вышел на охоту. И жертва уже попалась в его ловушку. - Клейн, я не буду сдерживаться.

- Что-... - не успел он что-то ответить вразумительное, как почувствовал копошение сзади. Из него вытащили пальцы и образовалась странная пустота. Но и она не продлилась недолго, когда к его входу что-то приставили. - Ах!

- Мха…

Они оба застонали, когда Леонард проник в него. Его член обволакивало теплое и влажное место. Оно пульсировало и все еще сильно сжимало. Двигаться было трудно.

- Ты такой тугой, Клейн… - ворковал Леонард хриплым и напряженным голосом. Желание двигаться заполняло его. - Ты так хорошо принимаешь меня…

Клейн терял сознание от смущения. Его выбивали из колеи грязные слова Леонарда. Контроль над телом медленно исчезал, он никак не мог сопротивляться шепоту на его ухо.

- Клейн, я не могу… - продолжил Леонард, его рука держалась за чужую щеку. - Я буду двигаться…

С первого толчка член внутри Клейна выбивал из него весь воздух. Это было слишком приятно и всегда держало в наслаждении. Ему казалось, что он кончал с каждым проникновением, с каждой секундой. А член проходил все глубже и глубже, пока не вбивался во внутреннее колечко мышц. От этого у него закатывались глаза.

Леонард стал делать более размашистые толчки, все сильнее и быстрее, пока колечко мышц не поддался и впустил его головку внутрь. Оно его так сильно обволакивало и теперь не отпускало, пульсировало вокруг него. 

Клейн мало что понимал сейчас. Он только чувствовал, как член внутри него проник куда-то и теперь каждое шевеление доставляло блаженство. Он поднес руку к животу, где почувствовал головку. От слабого сжатия рукой по всему телу проходили импульсы.

- Ты так хорошо стараешься для меня, Клейн… - Леонард заговаривал его, и положил свою руку поверх его, нажав посильнее, отчего он дернулся. - Ха… будто я проник в матку.

“В матку?” - услышал Клейн и теперь не мог избавить от этой мысли. Он почувствовал стыд, когда подумал, что получал от этого невообразимое удовольствие. Член оставлял следы предэкулята, будто хотел оплодотворить.

Когда Чжоу подумал о ребенке, он вспомнил Хуан Тао, счастливо играющего с Бернадетт, как он рассказывал каждую свободную минуту о ней, а затем как был рад увидеть и сыновей. Эта идея со счастливой семьей зацепилась за его одинокую душу в этом мире, а затем он увидел лицо Леонарда и его страстные, но такие любящие глаза.

“Я бы хотел от него ребенка”, - спонтанная мысль, но она нашла отклик. Смутно, но кажется даже основное тело интуитивно согласилось.

С новой решимостью Клейн сильнее обнял за шею Леонарда и притянул к себе для поцелуя. Его лодыжки сильнее зацепились за его спину и пах прижался ближе к его заднице. 

- Тогда сделай ребенка, - он прошептал это на ухо замершему Леонарду. 

Его глаза сузились и он осмотрел всего Клейна и найдя чистое желание это, он шумно выдохнул со стоном.

- Клейн, помни, - он прикусил его за ухо, - это не я сказал.

***

Леонард пришел в себя очень ранним утром. Его голова гудела от раздражающих молитв, которые он бы хотел просто смести. Когда он хотел пошевелиться, то услышал перед собой стон. Он приоткрыл веки, а затем его глаза расширились. 

Его Клейн лежал в его объятиях спиной к нему. И все его тело было расписано его губами и зубами, и хоть это удовлетворяло его внутреннего зверя, он не хотел бы причинять слишком много боли другому. А когда его взгляд опустился еще ниже, то заметил, как его пах все еще прижимался к его заднице. Теперь он мог ощутить обволакивающее тепло на его члене.

Как можно осторожнее вытащив свой пенис, он смог встать. Даже его смутило, какая красная была задница Клейна, а из заднего отверстия, хорошо отраханного, выливалась его сперма. Проблема была в том, что в ней были частицы его духовности. 

‘- Тогда сделай ребенка, - он слышал, как шептал ему это Клейн.

- Клейн, помни, это не я сказал.’

Воспоминания об этом пришли ему в голову и, с одной стороны, он был этим воодушевлен и точно хотел оплодотворить Клейна. Это не было бы проблемой в его основном теле, даже если другой мужчина, но когда он в смертном, это могло не сработать. А с другой стороны, он чувствовал вину, что отключился и продолжал его использовать, даже когда другой потерял сознание.

Он еще немного полюбовался таким Клейном, вздохнул и направился в ванную. Оттуда он взял полотенца, предусмотрительно намочив их, и стал вытирать спящего от всех жидкостей. Весь его живот был в сперме, а грудь в слюне, затем приступил к главному - к заднице. Во внешней части не долго очищать заднюю дырку, что нельзя сказать про внутреннюю. До него сложно добраться пальцами с условием, чтобы не разбудить другого. 

Насколько возможно Леонард протер Клейна, взял его на руки и заменил простынь, что волшебно ровно упала на кровать. А затем уложил тело обратно, хорошенько закутав.

Все это время в голове мельтешили голоса с молитв. Слуги не могли его дождаться под давлением остальных Внешних Богов. Хоть ему теперь не хочется что-то делать с Землей, кроме как жить на ней вместе с Клейном, но будто ему дадут это сделать Боги этой Планеты. Кажется, они настроены слишком категорично.

Но перед возвращением, он отправился в Розельский ресторан, где они часто ужинали. Он только только открывался, повара подготавливали все к рабочему дню. Слегка подправив их сознание, он приказал им сделать завтрак и все наперебой погнались за яйцами. 

Кое- как утихомирив толпу поваров, Леонард смог получить завтрак, включающий пожаренные яйца и бекон, пара тостов и стакан свежевыжатого сока. Он оттуда тихо ушел, так как светлело быстрее, и на улице стал появляться люди.

Когда он пришел домой, было все еще тихо. Он достал завтрак и разложил по тарелкам и прикрыл их крышкой, чтобы все еще сохраняли тепло. Затем снова зашел в спальню, где сладко сопел Клейн, и от этого желание понежиться рядом с ним только возрастало. 

На силе воле Леонард взял только листочек и перо, и спокойно вышел. Спустился в столовую и положил письменные принадлежности на стол. 

На самом деле, он не знал что написать. Ему бы не хотелось, чтобы Клейн сильно переживал за него, но и давать надежду, что они еще встретятся было бы грубо. Это было совершенно неточно. Он чувствовал себя бы последним ублюдком после всей это недели вместе, после стольких глупых слов о любви. Он ведь даже написал простенькое стихотворение с кривым признанием. Клейн тогда только посмеялся и стал дразнить его, называя Поэтом.

Каждое его воспоминание о нем обоготворяло человечность и напоминало кем он был раньше. Как же много он отдал бы, если бы они могли быть оба людьми здесь с самого начала, познакомились и связали себя быть вместе до самой старости. А сейчас для него сотня лет пройдет быстро, как день, как короткий миг во всей вечности.

Он улыбнулся и взял перо в руки. Вдохновение пришло к нему.

Закончив с запиской, он оставил ее возле завтрака на столе. В последний раз поднялся в спальню. В последний раз он видел такого мирно спящего Клейна. И в последний раз он оставил целомудренный поцелуй на его лбу. 

С улыбкой на лице он ушел, вышел из дома и отправился по улицам. По тем, где они гуляли много раз, где вели разговоры и узнавали друг друга ближе. Все здесь наполнено его дыханием, его слабой, но такой ослепительной улыбкой.

Он шел дальше, пока не вышел в бедные районы. Кругом грязь и бродяги, просящие милостыню. Теперь его взгляд похолодел, выражал полнейшее безразличие, и мало кто смел подойти к нему с такой аурой. 

По инструкциям он дошел до ветхого домика с заколоченными окнами. Когда он открыл дверь, он почувствовал, как во что-то зашел. Дверь резко закрылась, зайдя он ближе к центру, поднялся ветер и перед ним преклонили колени пару Ангелов. В их взгляде читалось благоговение и страх по отношению к нему. 

Они дали ему место и указали на круг под ногами.

- Это и есть мой трансфер…

- Прошу прощения! - Ангелы упали ниц перед ним. - Мы заслуживаем наказания, раз не справились с заданием Великого Существа!

- Ха… - тяжело вздохнув, Леонард пригладил волосы и посмотрел на слуг перед ним. Такое раболепие сейчас сильно раздражало. - Встаньте и подготавливайте ритуал.

- Есть!

Вскоре круг был обведен красной линией и посыпан странными порошками для удовлетворения разных Богов. Леонард стоял в середине и внимательно наблюдал за ними. С каждой новой песчинкой, сила печати уменьшалась, а его аура становилась еще более неистовее.

- Сейчас! - Леонард закричал, когда почувствовал, что вот-вот раскроется барьер, сдерживающее его силу. Поэтому крикнул, чтобы его уже отправили.

***

Когда Леонард вернулся, в его Царстве сильнее расцвели розы и воздух наполнился их ароматом. Он моргнул пару раз, будто приходил в себя после сна, и огляделся. Перед ним на коленях стояли несколько существ. Его глаза темно-зеленые осмотрели их, пронзая своим безразличием.

- Г-господин, ик-... - один из преклоняющихся заговорил. Из-за его страха его речь была рваной и с запинками. - “Они” готовы к битве… ожидают вашего решения…

- Что с Землей?

- А?

- Планета. Что делает враг? - Леонард кинул холодный взгляд на некомпетентного слугу, который дрожал от его подавляющей ауры.

- Ах, это… - существо продолжало трястись и его слова от этого стали непонятнее. - “Они”... эээ… рас-с-скрыли свои Царства… и окружили… П-планету!

- Хмм…

Леонард сквозь барьеры своей территории разглядывал Космос и как на фоне темной материи выделялся голубой шар. Он не мог не вспомнить, как провел там время, без утяжеляющих мыслей о битвах и разрушении. Что-то в нем глубоко внутри екнуло, напоминая о том, когда он сам был…

На ум также пришел один мужчина с очарованием, что он не мог бы объяснить. В нем ему нравилось все: его милое личико, и как оно меняется с разными эмоциями, его завораживающий голос, который он мог бы слушать вечность, и сама его суть, что так его привлекала, как воспоминания о прошлом. 

Он не заметил, как посветлели его глаза, наполнились жизнью от одной мысли о Клейне. 

- Ха…

“Какая же Судьба дрянная сука с ужасным чувством юмора”

Если бы он еще был человеком, мог бы он полюбить?

Если бы он еще был человеком, могли бы они быть вместе?

Если бы…

“Надеюсь, что существует другая вселенная, где мы люди и живем беззаботной жизнью… вместе”

- Отправьте секретно кого-нибудь на Землю и пусть защищают человеческий город Трир. Остальным передайте, что цель только Боги, пусть оставят жителей планеты в живых.

- Э? - коллективный возглас ото всех преклоняющихся. 

Существа от неожиданного приказа даже подняли головы, но стоило им увидеть хотя бы Его ноги, они подверглись еще большему давлению.

- Что встали?

- Кх… - пол подними был усеян стеблями роз, которые вдруг выпустили шипы.

- Вон.

Не успели они что-то ответить, как оказались в открытом Космосе. Они переглянулись между собой, бросили еще один взгляд на Царство Роз и отправились передавать приказ Господина.

***

Солнечные лучи проникли сквозь щель в занавесках и попадали на лицо Чжоу. Боровшийся с таким неудобством, он все таки поморщился и приоткрыл глаз, но от внезапного света он опять их закрыл. Желание поспать или хотя бы понежиться в кровати еще пять минуточек не покидало его, и подняться и закрыть окно было выше его сил. Оставалось перевернуться и продолжить сон на другом боку. 

- Мгм… - как всегда ныли его поясница и промежность. Вчера Леонард разошелся не на шутку, начав еще с вечера к нему приставать, и до раннего утра, как мог он судить, когда после ванны заметил слегка светлеющее небо.

Наконец, он снова мог дремать, оставалось только удобно устроиться, когда Леонард притянет его к себе в объятия, как он делал это при малейшем шорохе. Но этого не случилось. 

Чжоу распахнул глаза и приподнялся, чтобы увидеть пустую половину кровати. Она была прохладной, так что можно было предположить, что Леонард ушел уже давно. 

“Насколько я крепко спал, чтобы не заметить этого?”

Для того, кто всегда был бдителен и недоверчив к окружению, это была фатальной ошибкой. Но Минчжуй хотя бы сейчас мог признаться в сердце, что давно расслабился в компании с Леонардом. Просто для него это было так быстро и неожиданно, что он не принимал это всю прошлую неделю. 

В итоге, проснувшись полностью, Чжоу поплелся в ванную, по пути накинув на себя рубашку Леонарда. Она свободно лежала на нем: рукава закрывали даже его кисти, а подол спускался до бедер. Когда он взглянул на себя в большое зеркало, он не мог не нахмуриться.

- Тц… 

“Да на мне же и живого места нет!”

Его шея и плечи вся в засосах и укусах, соски все еще покрасневшие со следами зубов вокруг ареол. Он посмотрел вниз, на ноги, и они были в таком же состоянии: бедра в красных и светло-фиолетовых следах, и его лодыжки с икрами не избежали судьбы быть покусанными. Он был уверен, что увидит то же самое и на торсе.

Вздохнув, он начал умываться. Всего за неделю житья здесь Чжоу влился в эту простую человеческую жизнь. Леонард с радостью приобрел все нужные и не совсем вещи для него и в каждом уголке можно теперь найти его присутствие. Это место теперь стало для него домом.

Когда он спустился вниз, то ожидал услышать шум на кухне. Леонард упорно пытался выучиться что-то приготовить и принести ему в постель, но каждый раз у него что-то подгорало, разливалось или разбивалось. Однако никого не было во всем доме и только стол накрыт. Яичница с беконом, салат и стакан сока. Все было прикрыто крышкой, отчего осталось слегка теплым. 

Рядом с этим лежал листок со знакомым неразборчивым почерком. Легкое беспокойство окутало Минчжуя, но он взял записку.

“Дорогой Клейн. Прости, что ушел без предупреждения, но мне нужно решить кое какие дела по работе. Оставайся у меня сколько пожелаешь. Как я говорил, мои вещи - твои вещи. 

Хорошо ешь, а то ты совсем худой. Не беспокойся, завтрак я взял из того ресторана Розеля.

Я надеюсь, что судьба позволит и мы еще сможем встретиться.

Навеки твой Поэт”

- Идиот…

От последних предложений живот крутило. Минчжуй понимал, что скорее всего Леонард Потусторонний. И то, что он работал полицейским, ответ для простых людей, подтверждение, что он Официальный Потусторонний. 

Чжоу не мог определить многое в этом человеческом теле, но он надеялся, что тот на низких последовательностях. Тогда его бы отправили только на помощь к гражданским, и шанс выжить становился выше.

“В любом случае, мне тоже стоит собираться”.

Он съел остывший завтрак, но даже так вкус был хорош. Жареные яйца и бекон до золотой корочки с идеальном соотношением приправ, сок из разных фруктов свежий и салат с забавно нарезанными кусочками овощей, приправленные маслом и специями. Было вкусно и полезно.

Далее шла уборка. Он помыл посуду, заправил постель и сложил одежду. Единственно, он не снял Леонарда рубашку, надел свои брюки. На улице было заметно тепло, так что он не стал брать верхнюю одежду.

Перед выходом, Чжоу в последний раз огляделся. Дом все еще чувствовался уютным и родным. Воспоминания подсказывали, как они здесь веселились и проводили время. Это была та спокойная простая жизнь, которую он всегда хотел. Это был последний миг прослабления, что он дал себе. 

Минчжуй закрыл дверь и кинул ключи в клумбу возле входа. Он пошел по дороге без определенного направления. Ему просто стоило отойти как можно дальше, чтобы не оставить где-то мертвое тело.

Простое оправдание, чтобы отсрочить момент битвы.

Завернув за угол, многолюдная улица сменилась пустой улочкой. Только крысы пробегали по грязным лужам. С каждым шагом дальше его тело исчезало из реальности. А через Духовный Мир попал к себе в Царство.

Замок Сефира встретил своего хозяина волнением серого тумана. В середине зала появился его трон Шута, старый бронзовый стол и еще двадцать один стул вокруг него. Поверх рубашки материализовался черный плащ с символом. 

Когда Чжоу открыл глаза, они были темными, совсем черными. В них что-то мелькало, но быстро затухало. Ему нужны секунды, чтобы прийти в себя. Не часто он оставлял свою божественность, а особенно на долгий срок. И сейчас, когда она вернулась к нему, его человечность пошатнулась. Он закрыл глаза и вошел в когитацию, чтобы стабилизировать себя. На ум пришли последние дни с Леонардом полные жизни и эмоций. Уголки рта дрогнули, будто хотели улыбнуться, но он смахнул все.

Серый Туман в одном месте стал чернеть, вдруг расцвели цветы ночной ванили. Размеренной поступью к нему шла женщина в темном платье. Из ее ребер выходило две пары волчьих рук, в которых она держала огромную косу. Сзади нее шел мужчина в черных доспехах, плащ развевался с порывами тумана.

- Сяо Чжоу, ты где был? - первым, как и всегда, подал голос мужчина.

Они сели на места рядом с его троном, где уже расположился он.

- Твое состояние странное, - сказала женщина, подарив спокойствие.

- Аманиес, Хуан Тао… - Чжоу принял умиротворение от Богини Ночи. - Как остальные?

Они переглянулись между собой и снова посмотрели на него.

- Адам и Боги готовы к битве в любую секунду. Ангелы стоят на защите людей, - ответил Розель. Он горестно вздохнул. - Моя Бернадетт тоже стоит на страже даже после всех моих уговоров остаться. Что в детстве, что сейчас - совсем не слушается своего старика!

От ворчаний Розелля Чжоу бы только вздохнул, а будь он еще человечнее, то закатил бы глаза. Вот только теперь он опять вспомнил Леонарда. Он сопротивлялся кинуть свой взгляд на него, убедиться, что тот где-то в безопасности, так как сделай он так, то беспокоился бы и дальше и шанс ошибиться в битве повысился бы.

“В любом случае, я буду защищать планету, а значит и его”, - он пытался так себя успокоить. Его рука неосознанно спустилась вниз и коснулась живота. 

- Хей, Сяо Чжоу?

Вдруг перед ним щелкнули пальцами, а на него обеспокоенно смотрели друзья.

- С тобой точно все в порядке? - спросил Розель, а Аманиес кивнула. Оба была обеспокоены его витанием в облаках. - Болит ли у тебя… живот?

Они видели все его маленькие действия, что вызывало кучу вопросов. 

Чжоу опомнился и смутился своим мечтам. Ему казалось, что он весь красный, поэтому с помощью способностей всеми силами удерживал свое лицо кирпичом. 

- Все хорошо, просто задумался, - он махнул рукой и встал с трона. - Пойдем тогда. Враг уже поджидает.

Серый Туман расходился с каждым их шагом и вскоре перед ним предстал темный Космос. Как только они вышли за пределы Замка Сефиры, десятки взглядов упали на них. Ропот голосов достигал их, и по нему они точно могли судить, что им не рады. 

Вдруг сзади них послышалось плескание воды. До их ног разлилась черная вода, но если присмотреться поближе, то это будет смесь непонятных знаний. Следом оттуда вышел молодой мужчина с детскими глазами. Кинув один взгляд на Космос, весь шум прекратился. 

- Все на месте.

Чжоу и двое остальных заметили, как части планеты покрывались разными цветами барьеров. Боги стали раскрывать свои Царства, чтобы защитить реальный мир.

- Тогда… - Чжоу кинул взгляд в Космос, рассматривал каждую звезду и замечал каждую тень, пока что-то странное его не привлекло. Странно знакомый взгляд. 

Внезапно вокруг него образовались десятки лоз и стеблей, что стали тащить его все дальше от союзников и ближе к одному из огромных Царств, что покрыто зеленью и розами. Это была территория Бога Желаний, Бога Разврата. Его культ был самым многочисленным и самым живучим. Даже сейчас на Земле скорее всего есть его слуги.

Минчжуй не сильно сопротивлялся, считая такую атаку глупой. Привести в свой дом врага сродни сдаться без битвы. Ему это было на руку и он приготовился ударить, как только приблизиться к Богу Желаний. 

Зайдя внутрь, все окружение было ярко зеленым и красным. Он развернулся, почувствовав кого-то сзади, его кулак мчался, чтобы ударить и наложить Глупость. Вот только его аккуратно взяли за запястье, и приобняли за талию.

- Клейн?

Перед Минчжуем впритык стоял Леонард со счастливо удивленным взглядом. Его зеленые глаза блестели, и с ними совсем не сравнился бы весь сад вокруг. Атака прервалась и казалось, что на самого Чжоу наложили Глупость, так как другого объяснения он найти не мог, почему в голове было так пусто.

Леонард же, кажется, быстрее пришел в себя. Или это он не думая, положил руку на его щеку, приблизил их лица, и поцеловал. 

Поцелуй, как и их первый, был нежным касанием. Это было сладко и с ароматом роз. Они всего лишь мяли губы. Чжоу остановил себя, когда последовал за губами Леонарда, что чуть отодвинулся. Была ли его улыбка подтверждением, что тот увидел его желания, он не собирался об этом спрашивать. Легче всего отпустить взгляд и не видеть этого.

- Клейн, - Леонард сказал это близко к его уху, растягивая гласные, что по всему телу прошлись мурашки. - Ты так мило покраснел.

Минчжуй прикоснулся к своим щекам, чтобы проверить. То, как он не мог контролировать свое лицо, выбивало из колеи. С присущей для его пути мнительностью его беспокоило, что ситуация не в его руках, что это он тот, кого водят.

Леонард положил свои руки поверх его на лице и поднял его голову. Его красивые зеленые глаза смотрели на него, будто оно единственный такой, будто в мире нет ничего более драгоценного. Это смущало еще больше Минчжуя, ему хотелось уйти, но его держали. 

Он зажмурил глаза, когда Леонард снова приблизился, словно сейчас опять поцеловал бы. Это и случилось, только он оставил это на лбу, на переносице, на веках с щекоткой ресниц и в уголки губ. Так бережно.

- Я… - Чжоу хотел что-то сказать, особенно об этой всей ситуации. Не часто он встречал Внешних Богов, а тем более проводил столько времени вместе. - Я не ожидал, что ты… Эээ… будешь здесь.

- Ну, у меня тоже самое, - Леонард провел пальцами по его виску, убирая выбившуюся из прически прядь волос. - Судьба странная штука.

- Ага… 

Чжоу не стал поправлять, что в какой-то мере, он имел над этим власть, не зря одно из его имен это “Маяк Судьбы”. Но даже так, он сам не предполагал, что он будет главным героем такой драмы. 

Они продолжали так стоять, прижатые друг другу. Леонард не переставал касаться его, и выводил круги на его ладонях. Чжоу не видел, что у того было на лице, просто ожидая… хоть чего-то. Может быть атаки или предупреждения.

Однако тишина затягивалась. Минчжую пришлось поднять взгляд, чтобы понять, о чем тот думает. Его ожидание на хоть слегка нахмуренные брови не сбылись. Зеленые глаза все также с детским восторгом наблюдали за ним, будто это самое интересное, что они когда либо делали. И что-то в его животе затрепетало от этого.

- Так… - Чжоу не хотел разрушать их идиллию, вот только они находились на грани войны. Им придется сражаться. - Ты не собираешься что-то сделать?

Леонард был в легком недоумении, его глаза прищурены, ищущие ответ. В раз это меняется и они округляются.

- А ты не устал?

- Что?.. - теперь очередь Чжоу не понимать о чем говорил другой.

- Ах, вчера я, кажется, был слегка груб… Прости, но я думал, что это последний раз, поэтому перестарался… - Леонарда тон спокойный, его не смущало говорить о близости. Хотя, учитывая что он за Бог, это было ожидаемо. И что не сказать про Минчжуя. Медленно, но верно, человечность в нем бушевала, напоминала об эмоциях за последнюю неделю, за последнюю ночь, и теперь не только щеки, но все лицо, уши и шея покрывались алым. - Если же ты хочешь, мы можем это сделать. Я бы хотел тебя-...

Его бесстыдная тарабарщина прервалась, когда Чжоу закрыл ему рот ладонью. Интуиция подсказала, что желания Леонарда это не то, что ему нужно сейчас слушать, в другом случае, он умрет от стыда.

- Идиот! Заткнись! 

Весь запал Леонарда угас, и теперь Чжоу почувствовал себя плохо из-за крика. Будто он издевался над животным. Он пытался оправдаться: “Ведь этот зверь хотел его съесть!”. В любом случае, теперь он мог объясниться.

- Я спрашивал вообще-то про войну, - Минчжуй более чем мог себе представить, что снаружи бойня скорее всего началась с его исчезновением. - Собираешься теперь меня атаковать?

В глазах Леонард Чжоу был как ощетинившийся котенок, ожидавший удара. И ему хотелось так сильно его обнять и пригладить. Показать все свою привязанность и убедить, что он никогда его не предаст. 

- Мой дорогой Клейн, - он опустил голову, что встретиться взглядом со своим прячущимся котенком. - У меня не было причин нападать на Землю, кроме как взять характеристики. А теперь это не более чем мелочи, если я могу быть с тобой. И, конечно, я готов помочь тебе прогнать остальных.

Леонард усмехнулся, когда его Клейн так мило удивился.

- Так просто?.. И тебе не нужны характеристики?

- Я и так на вершине.

- А Сефира?

- Не более, чем удобная безделушка.

- Верующие?

- Мне поклоняются десятки других планет.

Чжоу больше не нашелся что еще сказать, а честные глаза напротив не давали ему усомниться. 

“И когда я стал таким доверчивым”.

Он улыбнулся и наконец его расслабилось. В объятиях он переложил весь свой вес на руки Леонарда, наслаждаясь теплом и безопасностью. 

- Ах, но Клейн, - Леонард воспользовался этим, прижал в себе чужое тело и шептал на ухо. - Нападать я буду. Просто в постели.

И для правдивости своих слов, его рука спустилась ниже и помяла его ягодицу. С губ Чжоу вышло то ли вскрик удивления, то ли стон удовольствия, а может и смесь обоих. Он в смущенной ярости ударил по плечу, выпутался из бесстыдных рук и, отвернувшись, зашагал прочь от него. Ему стоило просто выйти отсюда и наконец закончить эту войну.

Звонкий смех Леонарда сзади него только подпитывал его ярость и перед ним вскоре образовалась дверь света, через которую он прошел без проблем. Зеленый сад роз сменился темным Космосом, но теперь в нем блестели звезды каждую секунду. Это было столкновение двух сил, от которых создавались дыры в полотне пространства. Завораживающая, но в то же время опасная красота битв Богов.

Время замерло, когда появился Чжоу. Множественные взгляды были направлены на него, а шум битв немного затих.

- Тайны… Тайны… Тайны…

- Вернулся…

- Розы…

Вместо этого возобновились их крики. Многие кидали взгляд на Царство Роз, ожидая, что там будет все засыхать и гнить, знаменуя о смерть хозяина. Но ничего не происходило.

- Сяо Чжоу! 

К нему мчался Розель. Его черные доспехи были покрыты странной жидкостью. Она обволакивала его и о чем-то говорила шепотом, что не разобрать. Подойдя ближе, он стряхнул ее и она растворилась в темноте.

- С тобой все в порядке? - он покрутился вокруг него, осматривая на наличие ран, остановившись на лице. - Он что-то сделал?! Твое лицо красное!

“Не напоминай мне, идиот Хуан Тао! - Чжоу провел рукой по лицу и оно вернулось к обычному. Но в мыслях он не мог не ругаться. - Это все виноват Леонард!”

- Все хорошо, - он кинул взгляд откуда пришел. - Мы просто поговорили.

- Что?

- О чем? - к ним теперь присоединились Аманиес и Адам. Их враги отступили, не нанеся серьезных ран.

- Ну… - Чжоу контролировал каждого духовного червя на лице, заставляя их оставаться бледными. - Он теперь наш союзник.

Их лица выражало недоумение, даже всегда спокойная Аманиес свела брови, а у Адама были прищурены глаза. 

- Что?! С чего бы этому Внешнему Богу помогать нам? - и очевидно, что Розель единственный, кто будет так бурно реагировать. - Сяо Чжоу, может тебя ударили в голову? Это же просто невоз-...

Вдруг на стороне врага что-то прогремело. Их взору предстало, как розы выходили с одной территории и окутывали существо, что вызвало взрыв. Кусочки его плоти все еще летали вокруг, но и их подхватывали шипами, а затем все перемалывалось корнями, что впитывали это удобрение.

Из врат вышел мужчина, и его глаза, как и шипы до этого, холодно всех пронзали. Рядом с ним мелкие Боги, что прятались в тылу, не смели поднять головы. Среди них царил страх и благоговение.

На противоположной стороне Чжоу ощущал совсем иные чувства. Теперь, когда он видел Леонарда полностью, он заметил во что он одет.

“Что за тряпка на нем?!”

Он был в просторном халате, еле подвязанным на поясе. Но вверх был слабо запахнут, так что весь его перед был на обозрении. Его упругая грудь и мышцы живота были видны всем, и он преспокойно так гулял, пока Минчжуй сгорал от стыда за него. Но внутри него, на сердце, слабо нашептывала ревность.

А пока Чжоу был погружен в свои мысли, Леонард уже разделался с парочкой врагов, что преградили ему путь. Он направлялся прямиком к группе Повелителя Тайн и все вокруг с замиранием ожидали что же произойдет. Аманиес, Розель и Адам все еще не полностью поверили в слова другого, и были в напряжении, гадая, что сделал бы враг.

Леонард, не ведая стеснения и не думая о последствиях своих решений, приблизился к витающему в облаках Минчжую и крепко его обнял сбоку.

- Клейн! - Леонард появился прямо перед его глазами, что его немного испугало, но он взял в себя в руки, не совсем помня где они находились. - Я теперь с тобой!

И поцеловал его в щеку. Кажется, весь мир замер и затих. Все ожидали хоть какой-то ярости и гнева, но получили только взволнованного Великого Столпа, что бил по рукам, чтобы от него отлипли. 

- Охо… 

Чжоу повернул голову на возглас, где его поджидали заинтересованные взгляды друзей. Розеля прям распирало от любопытства, его брови подразнивающе шевелились, а под конец и подмигивал ужасно заметно. Даже остальные Боги перешептывались, пока кидали на них осторожный взгляд.

Человечность в нем кричала, и даже божественность в нем ломалась от такого наплыва смущающих ситуаций, что ему хотелось бы просто напросто откинуться и не разбираться со всем этим. 

А пока он мог успокаивать себя, пока своими щупальцами разрывал на куски оставшихся Внешних Богов. Остальные уже давно убежали, не рискнув теперь напасть на Землю с пополнившимися их рядами еще одним Великим Столпом. Война закончилась, так толком и не начавшись.

Когда последние враги пали, Боги Земли могли вернуться обратно. Адам непонятно когда исчез, Аманиес стерлась и последним уходящим Чжоу видел Розеля. Тот даже не побоялся его гнева, когда под конец поднял палец вверх и опять подмигнул. Он исчез до того, как на его место кинули Глупость и пару молний.

Они наконец остались одни в пустом Космосе. Леонард аккуратно подошел к нему, будто побитый щенок ластился к своему хозяину, и, не видя сопротивления, смог с радостью его обнять. Его лохматые волосы щекотали Чжоу лицо и шею, но он не стал отгонять от себя прилипчивого партнера, и, на самом деле, наслаждаясь его теплом.

Простояв так будто целую вечность, они смогли отлипнуть. Чжоу не мог сдержать улыбку, видя радостное и красивое лицо. Он сплел их пальцы, сжал ладонь и сделал шаг к его Планете.

- Пойдем домой.

- Конечно.

***

- Зачем вы ко мне пришли?

Ранним утром, когда каждый его духовный червь в теле желал отоспаться после тяжелой ночи, к нему в гости пришли Розель, Аманиес и даже Адам.

Они оглядывали его Замок и вглядывались в спокойно клубящийся Серый Туман. А затем все три пары глаз уставились на него.

- Что?..

- Ты не собираешься рассказывать почему Бог Желаний вдруг переместился на нашу сторону? - задал волнующий пришедших вопрос Розель. - Он же тебя не контролирует?..

- Что за вздор, - Чжоу скрестил руки на груди и закатил глаза. - Я в своем уме.

- Тогда что? - взяла инициативу Аманиес и ее глаза прищурились. Одним щелчком она убрала его тайну.

- Аманиес! - Минчжуй вскрикнул и впопыхах накинул на себя плащ Шута.

- Огого! - Розель сразу заметил, как на шее Чжоу расцвели красные отметки и следы зубов. - Неужели наш Сяо Чжоу наконец-то лишился девственности. Давно пора, а то вяла твоя хризантема последние десять тысяч лет.

- Заткнись, Хуан Тао!

- Твоя человечность возросла, - добавил свои пять копеек Адам

- Адам!

- Ни за что! Я должен узнать о нем и как вы познакомились в первые… - Розель не переставал дразнить Чжоу, чувствуя себя в безопасности. Но это далеко от этого, ведь с каждой секундой другой наполнялся гневом. - О, это было тогда, перед Судным днем?

- Нет!

- Как я и говорил, тот бордель лучший, да же, Чжоу? - Розель улыбался на все свои белоснежные зубы. Ах, Сяо Чжоу, ради Земли ты готов даже лечь под-...

- Заткни свой бесстыдный рот, Хуан Тао!

Минчжуй стал бегать за Розелем, что со смехом отбивался и убегал от разъяренного Бога. Адам и Аманиес наблюдали за этим балаганом и даже они не могли сдержать слабые улыбки. 

Апокалипсис пройден и они могут вздохнуть спокойно.