Chapter Text
Лето 920 года. Тилана.
Я, гражданин Космического Союза, вступая в ряды Особого отряда союзных Вооруженных сил, принимаю присягу и торжественно клянусь быть бдительным воином, строго хранить военную и государственную тайну, беспрекословно выполнять все воинские уставы и приказы командиров и начальников.
Я клянусь доблестно оборонять границы моей Родины, хранить ее свободу и независимость. Клянусь защищать ее, не щадя своей жизни, до полной победы над врагом. Клянусь быть преданным Союзу, его народу, своим боевым товарищам.
Я принимаю присягу добровольно, понимаю ее буквально и, если я нарушу ее, то пусть меня постигнет суровая кара в соответствии с законами моей Родины.
Голоса звучали мерно и торжественно, отражались от стен, разлетались, усиленные динамиками. Звучавший фоном гимн становился громче и на последних словах присяги грянул в полную силу. Курсанты вытянулись, руки взлетели к козырькам. Все замерли не дыша, заряжаясь энергией тяжелой, грозной музыки.
— Вольно, — скомандовал ректор, когда умолкли последние аккорды. — Сегодня ваш последний день в стенах Академии, уже завтра мы встретимся с вами на равных. Но помните, это не привилегия, а ответственность, и будьте достойны ее. Не посрамите честь ваших предшественников и станьте примером последователям. А теперь — отдаю город вам на разграбление, — ректор сделал широкий жест и неуставно улыбнулся.
Из распахнутых дверей вывалились все сразу, толкаясь локтями и жмурясь на ярком солнце. Замерли на широком крыльце, переглянулись и дружно закричали, каждый свое, но сводившееся к «Да! Мы повелители мира!».
Мартин крепко обнял Дамьена, подхватил Анетту, ответил на ее поцелуй, потом угодил в руки Лайзы, Макара, сбился со счета, но был счастлив. Вокруг братались, строили планы, обменивались адресами, словно шести лет не хватило. И Мартина снова сгреб Дамьен, за руку выдергивая из толпы.
— Ты обещал по девушкам, если мы получим дипломы, — напомнил Мартин, все еще недоверчиво трогая пальцами едва теплый кружок на виске.
— С тобой и дипломом хоть на край света. А ты сегодня со мной?
— Где ты собираешься пить?
— В «Штурвале», мы сняли его на ночь. Не обижайся, ты сдавал навигацию и бросался на людей.
— Кто с нами?
— Мы с вами, — сзади налетела пятерка собутыльников и подельников. Близнецы Риксоны, Эя, Талар и Джон.
Мэл Риксон посадил желтоватое пятно на белоснежный рукав и теперь стыдливо прятал руку за спиной. Эя заломила фуражку за ухо и выправила на лицо огненно-рыжую прядь, Талар повязала поверх новенького парадного кителя непременный шейный платок.
— Но сначала, — Кейт Риксон указал на подножье бесконечной лестницы, где столпились родственники. Сотни человек, куда больше, чем весь их курс, считая и спецкорпус, и разведку.
Мартин знал, что его родители прилетели и ждут где-то там, с такой высоты не разглядишь. И, — он покосился на Дамьена, — родня друга тоже здесь. Вряд ли вместе со всеми, скорее, в одной из роскошных машин напротив спорткомплекса.
— Я не пойду, — отмахнулась Эя. — Меня с вами не отпустят, утащат отмечать домой. Наобщаюсь еще, надоедят.
— Я с тобой, — вызвался Джон, которого встречать было некому. — Увидимся в «Штурвале»?
— Да, — кивнул Дамьен. — Я к вам быстро присоединюсь.
Они спустились вниз вместе с остальными сокурсниками. Уже бывшими сокурсниками, странно как. Мартин крутил головой, высматривая знакомые лица, приветливо кивал на поздравления чужих родственников, улыбался и чувствовал себя звездой. Наконец он увидел мать и резко свернул, чтобы не пропустить единственный просвет в толпе. Рядом с матерью стоял отец, братишка держал его за руку, все сияли так, словно это они стали офицерами самых привилегированных войск Союза. Братик прыгнул на шею, и Мартин вышел на песчаную дорожку с ним и с вцепившейся в локоть матерью.
— Мы тобой гордимся, сын, — отец пожал ему руку.
При поступлении радовались меньше. Но Академию заканчивали далеко не все, в особом отряде строгий и не всегда справедливый отбор. Мартин сам собой гордился, только стеснялся признаться, поэтому, небрежно отмахнулся.
— Хотя дядя Томас до сих пор считает, что лучше бы ты в армию пошел, как твой отец, — мать погладила его по щеке.
— А дядя Сайлес уверен, что мне нужно было унаследовать его ферму, — рассмеялся Мартин. — Вы когда улетаете?
— Завтра вечером. Успеем наговориться. Сегодня святое, мы понимаем, — отец подмигнул ему. — Вон. Дамьен идет. Вы решили, как будете отмечать?
— Как отмечали сотни поколений, — фыркнул Мартин, оглядываясь.
Друг на глазах веселел, старательно изображая беззаботность. Родителей Мартина он приветствовал как своих… если бы любил своих. Точнее, мать Дамьен обожал, но видел ее редко. Наверное, сегодня она тоже не прилетела, иначе Дамьен бы задержался дольше.
— Как вы оба выросли и похорошели! — мать заставила Дамьена нагнуться и поцеловала в щеку.
— Форма красит всех, — отшутился он.
— И нравится девушкам, — вставил братишка, почти подпрыгнув, чтобы его заметили.
— Форма — универсальный аттрактор, — засмеялся Дамьен и взъерошил ему волосы.
— Чего? — братик захлопал ресницами, оглядывая взрослых.
— Учись лучше, чего, — Мартин тоже приложился к его затылку, но не так ласково.
— Развлекайтесь, мальчики, — торопливо вставила мать, зная, как долго могут цапаться ее сыновья. — А завтра днем, как выспитесь, позвоните, посидим где-нибудь.
— Отец один прилетел? — спросил Мартин, когда они с Дамьеном вышли за ограду.
— Нет, с Илгой, — Дамьен осмотрелся в поисках такси. Сегодня недостатка в них не было.
— А мать?
— А матери не на что, — он скрипнул зубами. — Сменим тему, хорошо?
— Ладно, — Мартин неуверенно повел плечом. — Но ты…
— Я помогу ей сразу, как появятся деньги.
— Нет, ты говорил, прадед что-то оставил.
— Да, и немало, но вступить в права наследования я смогу только в двадцать пять.
Дамьен запрыгнул в машину и отодвинулся вглубь салона. Мартин сел рядом. Если Фланнери-старший настолько не любит сына, то зачем приехал и все испортил?
— Любит он меня, — вздохнул Дамьен, по косым взглядам Мартина догадавшись, о чем тот думает. — Но очень по-своему. И мы похожи, у меня тоже свои требования к людям.
— Ты ни от кого не требуешь быть кем-то другим.
— Как это? А от отца? — Дамьен рассмеялся и заговорил о другом, Мартин не стал спорить.
«Штурвал» находился на набережной, возле парапета, и толпа новоиспеченных офицеров сливалась с белым мрамором, выделялась только темная отделка мундиров. Мартин с Дамьеном отпустили машину, остановились на секунду и переглянулись.
— Сегодня мы точно властелины вселенной, — подмигнул Дамьен. — И давай воспользуемся этим.